Хотя она обещала им силу, насколько Каэл знал, Судьба дала детям гор только одно.
Он провел рукой по диким вихрам волос, сияющих темно-красным в тусклом свете
солнца. Старейшины называли это короной Судьбы, но Каэл считал, что это гнилая
неудача.
У других регионов процветала торговля, а вот горам не везло. У них был камень, да,
можно было поймать дичь, если сильно покопать, можно было найти руду. Но здесь было
слишком опасно, чтобы сознательный торговец открыл здесь магазин. И пока все
Королевство разрасталось, деревни, как Тиннарк, были забыты.
Забыты, но не затеряны. Все знали, что из гор не приходит ничего хорошего, но
редкие знали, сколько зла приходит к ним.
Воры, убийцы, предатели и бандиты скрывались среди утесов. Худшие преступники,
которых не рискнули бы преследовать даже армии Средин в горах. Маленькие
потрепанные деревушки стояли на камнях и были последним укрытием отчаявшихся. Они
могли быть раньше ворами или изгнанными рыцарями, но, если они оставались, погода и
опасности меняли их. Их руки становились грубыми от камня, а кожа – обветренной от
холода.
В обмен на убежище земля влияла на их детей. Не было важно, были ли волосы отца
черными или белыми, любой ребенок в горах рождался с пылающими рыжими волосами.
Старейшины думали, что в этом часть проблемы Каэла. Они думали, что его волосы
могут быть причиной, по которой он часто спотыкался, не мог хорошо управляться с
луком. Его отец и дед были истинными сыновьями гор, а Каэл – нет.
Его принес в Тиннарк отец, вскоре после этого умерев, и Каэл вырос, ничего не зная
о прошлом, потому что Амос отказывался говорить об этом. Насколько он смог узнать,
какая-то вражда разбила их давным-давно, а раны так не залечились. Даже теперь Амос
отказывался называть сына по имени, говоря о нем «этот человек».
Каэл был уверен, что он родился где-то в Королевстве, в низинах, как говорили
местные жители. Он знал это, потому что его волосы были рыже-каштановыми.
Жители не давали ему забыть, что он другой. Его звали полукровкой, скалились,
когда он проходил мимо. Он знал, что они говорят, когда он отворачивается спиной:
- А это полукровка Каэл, проклятие Тиннарка.
Он очень хотел доказать им, что они ошибаются, заткнуть их шепот. И потому ему
пришлось принять худшее решение в жизни. Его сердце забилось быстрее от одной мысли
об этом, рука, державшая лук, стала мокрой из-за воспоминания.
В Тиннарке двенадцатый день рождения мальчиков праздновали особенно, ведь в
этот день мальчик получал лук и свое место среди мужчин деревни. Но для Каэла этот
день был ужасным, как и все остальные.
Его день рождения засыпало первым зимним снегом, день проклинали, о нем ходили
легенды, и семьи старались делать так, чтобы их дети и близко к нему не рождались. И он
шел к Залу один, все из Тиннарка смотрели на него. Многие – с жалостью. Старушки
качали морщинистыми головами, когда он проходил, и шептали:
- Бедное, забытое судьбой дитя.
Это не успокаивало. Когда он дошел до стола старейшины, он едва дышал. Он стоял,
прижав руки к бокам, и ждал.
Брокк, старейшина, склонил седую голову и обратился к нему слабым голосом:
- Настал этот день, мальчик, - его рука подрагивала, когда он прижался пальцами к
столу перед собой. – Ты получил свой лук и место в деревне. Но теперь тебе нужно
выбрать: ты возьмешь полный колчан и место, что мы тебе уготовали? Или ты пройдешь
Испытание пяти стрел?
Каэл тогда думал, что выбор сложный.
Мальчики, выбиравшие полный колчан, учились у кузнецов или рыбаков, зависело