Стелла смотрит на него, а я приподнимаю брови так высоко, что они, наверное, оказываются у меня в волосах. Не знаю, что он привык получать таким тоном, но на меня это точно не действует.
— Попробуй еще раз, если хочешь получить ответ, — огрызаюсь я.
Рекс вздыхает, явно раздосадованный.
— Сойер, пожалуйста. Кто?
— Дэниелс.
— Макс? Мой чертов капитан? — рявкает Рекс, его глаза снова темнеют, но на этот раз от гнева, а не от вожделения.
Рекс выглядит неловко, проводит рукой по лицу и слегка дергает себя за волосы, словно пытаясь взять себя в руки. Когда наконец смотрит на меня, он зол.
— Тебе нужно уйти, — заявляет он низким, почти страдальческим голосом, его глаза соответствуют его тону.
— Что!? — Стелла и я восклицаем в унисон.
— Я никого не буду знакомить со своей дочерью. Возможно, ты знаешь ее по детскому саду, но это не ее дом. Она не увидит в своем доме женщину, которая не является членом ее семьи. Кроме того, я никак не могу поддерживать отношения с сестрой своего игрока. Это просто чертовски неправильно.
— Рекс, ты не можешь… — начинает возражать Стелла, но он прерывает ее поднятием руки.
Встав, я решаю, что с меня хватит его истерик.
— Не волнуйся, Стелла. Он не обижает меня. Мне на самом деле плевать на Макса. Ублюдок может делать, что угодно, и мне наплевать, потому что он достаточно напакостил мне. И называть его «братом» не совсем корректно. Что касается тебя, Рекс? Я понимаю, что ты вбил себе в голову, что тебе нужно держать всех на расстоянии, чтобы защитить свою дочь, но ты не должен быть таким грубым. Я бы хотела, чтобы ты соответствовал той версии, которой поделилась со мной Рори. Вместо этого ты просто придурок, ведущий себя так, будто я виновата.
У него хватает порядочности на мгновение принять извиняющийся вид, но это ничего не меняет.
— Сойер, не делай из мухи слона. Нам было весело вместе, но на этом все. У тебя своя жизнь и две очень противоречивые работы, чтобы занять тебя, — говорит он.
Его слова бьют сильнее, чем все сказанное ранее. То, что он использует мою вторую работу против меня, как будто я должна чувствовать себя виноватой из-за этого, просто ужасает. Полагала, что он поймет, что я делаю все возможное, чтобы следовать своей мечте.
— Пошел ты, Рекс. — Схватив вещи, полностью игнорирую Рекса. Надела туфли, быстро обняла Стеллу и пошла на выход. — Однажды ты будешь корить себя за то, что остался один в своей постели и тебе не с кем поделиться воспоминаниями. Ведь мы всего лишь развлекались, но даже это слишком много для тебя.
Сказав это, захлопнула дверь. От него и любых эмоций, которые Рекс начал пробуждать во мне.
* * *
Спустя четыре часа и бесчисленное количество коктейлей «мимоза» я пересказала весь разговор Кэсси, которая, честно говоря, кажется, была потрясена больше, чем я. Она уставилась на меня в конце, не мигая.
— Подожди. То есть ты хочешь сказать, что переспала с ним прошлой ночью, а сегодня он тебя выгнал? — спросила она.
— Да, практически. Самое ужасное, что мужчина умеет трахаться. Он просто бог в постели. Он делал такие вещи, о которых я только читала, — размышляю я.
— Сойер, пока никаких разговоров о сексе. — Кэсси поднимает руку, останавливая меня как раз в тот момент, когда официантка подходит с нашей едой.
Мы сразу же заказали закуски, около пяти штук. Все они состояли из различных комбинаций сыра и углеводов. Сырный хлеб, сырный соус и какой-то соус из халапеньо с чипсами, но, очевидно, нам нужно все.
— Я все еще в шоке, что он выгнал тебя. Как и то, что сказал тебе в лицо уйти, — восклицает Кэсси.
— Да. Я тоже. Когда мы проснулись, все было в порядке. Пришла его сестра и сообщила, что Рори уже на подходе с их мамой, и он сказал мне уходить. — Я пожимаю плечами.
— Возможно, он испугался, что его дочь увидит тебя, и просто слишком остро отреагировал. Ты не думала о том, чтобы дать ему немного времени и, может, он поймет, каким тупым дерьмом был? — спрашивает она, давая мне повод для сомнений.
— Это все прекрасно и замечательно, Кэсси. Я чувствовала бы себя в порядке, если бы дело было только в этом. Но не после того как он сказал мне, что мы просто перепихнулись для развлечения и что я должна быть счастлива со своими двумя «очень противоречивыми» работами. Это не просто слишком бурная реакция. Это камень в мой адрес. Мне хватает такого от семьи, и если я не терплю этого от них, то уж точно не собираюсь терпеть от парня. Неважно, насколько хорошо он трахается.
Кэсси просто смотрит на меня в перерывах между укусами своего липкого сырного хлеба, потом допивает напиток. Может, нам и нравится заниматься спортом и поддерживать себя в форме, но мы не жертвуем ради этого хлебом или «мимозой». Или сыром.
Я не доверяю никому, кто не любит сыр.
— Но это на него не похоже. Да, он сварливый козел, но не похож на настоящего плохого парня, — возражает она.
