Выход отсюда был, но со слов профессора добраться до него было невозможно. Полковник об этом позаботился заранее. Но зачем? Чтобы отсюда никто не выбрался или чтобы сюда никто не проник? С чего такие жесткие меры предосторожности? Опять предрассудки о коварных диверсантах и врагах? Нет, то, что это секретный объект понятно… Зимин сказал, что от Сталина были получены и другие приказы. О деятельности этого объекта знал лишь узкий круг лиц… В Министерстве обороны! Кто? Если меня не обманывает память, то в последние годы управления Советским Союзом, на самой верхушке были какие-то интриги! Вдруг, то, что происходило тут… Нет! Рано делать какие-либо предположения. Есть ещё много чего, о чем я и понятия не имею… Пока не имею.
В течении двенадцати следующих часов, трижды отключался свет, а красная лампа, в конце коридора, которую я видел из-за решетки своей камеры, странным образом мерцала. Похоже, авария на реакторе оказалась довольно серьезной. Сирена выла не смолкая ни на минуту, и хотя монотонный источник воя был далеко, очень скоро боль в голове дала о себе знать. Сидеть и ждать неизвестно чего, в тесной темной камере — то ещё удовольствие.
В углу моей комнаты, прямо к стене была прикручена складная железная кровать. Точнее ее жалкое подобие. Без матраса, но зато с тощей, прохудившейся подушкой и рваным одеялом. Я и сам не заметил, как оказавшись на кровати, практически мгновенно заснул. Дикая усталость, слабость и нервное истощение взяли свое.
Прошло больше суток с тех пор, как их доставили в бункер и после разговора с дознавателем, определили в камеру. Небольшая темная комната, всего три на четыре метра, стальная решетка, две откидных кровати — вот собственно и все.
На холодном полу присутствовали следы обитания крыс. Запах был соответствующий.
— Эй! Какого черта? — первые несколько часов Андрей, Дима и Катя реагировали на заточение в камере весьма предсказуемо. — Выпустите! Не имеете права!
И лишь потом они начали адекватно воспринимать происходящее.
— Это же советские войска! — удивленно повторял Андрей. — Слышите?! Советские войска! Ха!
— Но как такое возможно?
— Очень просто. Они тут находятся очень давно, причем, похоже, полностью отрезаны от внешнего мира. Здесь сохранился тот же режим, какой был когда-то в СССР.
— Это понятно. Но как они тут жили все это время?
— А что тут непонятного? Электричество есть, воду, скорее всего, добывают в одном из подземных источников. Пища? Ну, выращивают каких-нибудь животных. Может быть, провизии из стратегических запасов. Консервы там, крупы. Хотя, крупа столько не проживет.
— Но откуда они тут взялись? Что делают люди на такой глубине?
— Какой-то научно-исследовательский центр. Еще тех времен. Что-то произошло, вот они и оказались взаперти.
Разговор повторялся снова и снова. Но настал тот момент, когда им надоело обсуждать случившееся.
Когда все-таки их отвели наверх, где и произошла встреча с живым Максимом, внезапно сработала тревога и их снова вернули обратно в камеру.
— О! Да, похоже, у них случилось что-то серьезное! — Андрюха, вместо того чтобы поспать, упорно пытался рассмотреть хоть что-то из-за решетки, но за углом ничего интересного он увидеть так и не смог.
Пару раз через коридор пробегали взбудораженные группы вооруженных людей в темно-серых комплектах РХБЗ. Мигали красные лампы, выла сирена.
— Может что-то взорвалось? — Катя, устало зевая, искренне желала всему этому комплексу поскорее развалиться на части. Разумеется, после того, как они его покинут.
— Или утечка топлива, например. А может даже пожар?
— Хватит гадать. Лучше давайте подумаем, как отсюда выбраться. И как Макса найти, есть идеи?
— Да. Сломать замок и выйти. Найти оружие… И бежать.
— Куда?
— На карте, той, что мы нашли в бункере, был выход, помните? Он где-то в этой части комплекса. Или нет?
— Этот замок не сломать, — покачал головой Андрей, осмотрев дверь. — Он добротный.
— И что нам делать? Сидеть и ждать?
— Может, попробуем пошуметь? Вырубим охрану, а? Тут всего один охранник. Остальным не до нас. Дима, что скажешь?
— Стоит попробовать. Но как?
— Вы серьезно? — не поверила Катюха. Но убедившись, что это так, добавила: — Доверьте это мне! От вас требуется только имитировать какую-нибудь эпилепсию! — Катя встала с деревянной лавки, подошла к решетке и закричала:
— Эй! Помогите! Сюда, скорее!
— Ты думаешь, это прокатит? — усмехнулся Дмитрий. — Такое только в фильмах возможно!
— Не забывай, эти отшельники фильмов не смотрят. А уж американских — тем более!
— Вполне разумно.
— На пол, оба! Быстро! — Катя замахала руками. — Сюда идут!
Парни послушно плюхнулись на пол, кое-как изображая приступы эпилепсии. Ладно бы один, а то сразу оба — выглядело просто дико. И довольно глупо.
— Ну, что тут у вас? — у решетки появился молодой, сонный лейтенант, с кожаной кобурой на поясе.
— Вот! Им плохо. У них какой-то приступ. Мне страшно! — заголосила девушка, пустив слезу для убедительности.
— Черт! Сейчас доктора вызову! — пробормотал офицер, растерянно осматривая камеру.
— Какой доктор? Это же эпилепсия! Им срочно помощь нужна!
