Прекрасная Елена полностью

Теперь появляется Менелай, одна из тех трагических фигур, которые опередили свое время. Родись он на 3000 лет позже, из него вышел бы образцовый страховой агент. Ему и тогда бы наставили рога, но он не был бы повинен в том, что из-за него разразилась мировая война.

Менелай

Возничие

Менелай

Наконец появляется царь царей Агамемнон. Он большой политик, сильно позолоченный и исполненный величия. Его манеры свидетельствуют о гордости и достоинстве.

Агамемнон

Агамемнон направляется к самому высокому трону. Прочие цари уже заняли свои места. Входит Елена и садится на трон рядом с Менелаем. Среди народа Орест со своей компанией. К нему приближается Калхас, указывает свободное место на трибуне.

Калхас. Займите ваше место, принц.

Орест. О нет! Мое место – среди простого народа.

Калхас. Какая скромность!

Орест. Рара́ поручил мне награждать аплодисментами его ораторский талант. Кто-то же должен это делать.

Агамемнон. Все собрались?

Орест. Браво.

Агамемнон. Слишком рано, мой мальчик, слишком рано. (По-деловому.) Собрание открыто. Предоставляю слово Менелаю.

Менелай. Ты предоставил мне слово, брат. Благодарю и уступаю его тебе.

Орест(Партениде и Леэне). Это слабо, признаю, но вы послушайте рара́.

Агамемнон. Цари и народы Греции! Сегодня мы собрались, дабы внимать оракулу великого Юпитера. Предсказания оракула исполнены непогрешимой мудрости, если понять их правильно. Они всегда исполняются. И мы всегда правильно их понимали, когда они исполнялись; их так же легко понять после того, как они исполнятся, как невозможно понять до того. Ныне мы постановили ввести в высшей степени смелое новшество: хотим попытаться понять предсказание оракула до того, как оно сбудется.

Народ. А-а-а!

Агамемнон. Для этого нам, разумеется, понадобится определенное свойство… Как бишь, оно…

Орест(подсказывает). Ум.

Агамемнон. Вот такое дело. У нас есть сильные мужчины. Я – сильный, вспыльчивый Ахилл – сильный, и два Аякса тоже, даже Менелай, если угодно… Но чего у нас нет, так это людей с умом.

Галатея. Правильно! Правильно!

Агамемнон. Греция глупеет.

Галатея. Правильно! Правильно!

Орест(Партениде.) Зачем ему клака, когда он говорит так доходчиво?

Агамемнон. Я замечаю в толпе Партениду и Леэну. К сожалению, возвышенный характер торжества не позволяет мне предоставить им слово. Какой вопрос я задал бы им, если бы мог задать им вопрос? Что ж, я спросил бы их, поскольку они хорошо знакомы со многими влиятельными людьми, знают ли они людей с умом?

Партенида и Леэна хихикают.

Я уверен в их ответе. У нас есть: цари, полководцы, жрецы, владельцы рудников, плантаторы, купцы, поэты, философы, писатели, кто угодно, но людей с умом нет.

Народ. Правильно! Правильно!

Агамемнон(с удовольствием принимает овацию, продолжает). И все же, клянусь бессмертными богами, должны же они где-то быть. В других-то странах они есть. Даже у восточных варваров есть. Я утверждаю: они есть и у нас, и мы должны их обнаружить.

Орест. Золотые слова.

Агамемнон. Итак, мы открываем олимпиаду ума. Приз – лавровый венок из рук царицы. Каждый, кто чувствует в себе силы истолковать безошибочный текст бога – ибо текст безошибочен, лишь толкователи могут заблуждаться, – имеет право свободно высказаться. Цари, поэты, пастухи…

Елена(встает, ищет взглядом). Пастух, где же он?

Менелай. Что вы сказали, мадам?

Елена. Ничего.

Агамемнон. Садись же, милое дитя.