Продолжение приключений восхитительной графини, капитана корабля
КНИГА ВТОРАЯ
Virginie Albertine de Guettee пыталась сохранить спокойствие, но выражение крайнего изумления появилось на ее лице, она не видела свое лицо, но чувствовала его, и подобные выражения осветили лица бывших рабынь и юноши; неужели над ними смеется девушка, которую только что продавали, серая, как броненосец.
Это совершенно невозможно, как выпить море.
Virginie Albertine de Guettee еще раз прокрутила в памяти свою речь, написанную на влажном песке, и не нашла изъяна.
Она нуждалась в любви и одобрении со стороны спасенных девушек, а неблагодарная мерзавка, одна из девятнадцати, превзошла в своей наглости сатану и устроила из своей жизни мелодраму.
Неблагодарная уходила дальше и дальше, оборачивалась, презрительно хохотала и зачем-то хлопала себя ладонями по ягодицам, наверно, засиделась в трюме, когда ее везли на продажу.
Вдруг, темнокожая тонкая пантера молнией пролетела над песчаными холмами, догнала ушедшую, свернула ей голову на противоположное направление, а затем закопала, еще мягкий труп, не одеревеневший, в песок.
Своенравная красавица, которую работорговцы отдали графине почти даром, оказалась преданной верной служанкой, очень нужной в хозяйстве.
Она без тени вины подошла к Virginie Albertine de Guettee, рапортовала громко, чтобы ее слышали другие девушки.
- Ты освободила нас, подарила надежду на новую жизнь, а она, - взмах ресниц в сторону могильного холма, - ответила тебе ядом насмешек, неблагодарностью, хлопала себя по попе.
Не знаю, в чем ее проблема, но очень хотела бы узнать, если бы предательница ожила.
К сожалению, к ее точеной фигурке и хорошенькому личику не подходит роль злодейки, поэтому она умерла.
Она бы в порту рассказала о нас стражникам, и наша свобода не продлилась бы больше одного дня. - Гримаса отвращения на слове "стражникам" на секунду исказила красивые черты бронзовокожей девушки, мелькнула собачья преданность в глазах, и эта преданность далеко выходила за рамки нормальных отношений между капитаном и ее подчинёнными.
Своенравная красавица заочно полюбила ту, которая скрывается под балахоном, и взглядом клялась в верности ей.
Графиню мало волновали чувства ее слуг, но ей нравилось, когда ей подчиняются не из-за страха перед казнью, а по любви.
И юношу из дворца старика Юлия, и выкупленных девушек Virginie Albertine de Guettee считала своими слугами, но это другие слуги, не те ленивые жадные крестьяне, которые окружали ее раньше.
Прежние слуги, как только госпожа отвлекалась, не следила за ними, сразу начинали пакостить, бездельничали, и без кнута не двигались дальше и не проявляли почтения, а иногда и на лобном месте засыпали.
Спасенные рабыни - тоже ее слуги, но слуги честные, работящие, благодарные, в трудный момент подадут графине руку помощи, а не закопают ее живую в могиле.
Они подчиняются ей, и находят в этом удовольствие служить, потому что, служа графине, они служат и себе.
Virginie Albertine de Guettee запуталась в приятных мыслях, а когда вернулась с небес на пляж, то увидела открытые рты, ожидающие ее дальнейших приказов.
Графиня молча, потому что с отрезанным языком не побеседуешь с подругами по душам, повела команду на рынок.
Денег после покупки рабынь осталось мало, не хватало на свадебные наряды, не говоря уже о покупке корабля.
Если и задумала Virginie Albertine de Guettee купить продукты для выхода в море, оружие для завоевания корабля, практичные и удобные одежды, то все ее задумки растаяли, когда они вошли в женские ряды.
В глазах продавца благовоний, ароматной воды, румян, красок для лица Virginie Albertine de Guettee увидела слезы радости, графиня знала, что у некоторых покупателей слезы продавцов вызывают жалость, но у нее они вызвали страстное желание покупать.
Она жестом показала девушкам, что они могут выбирать любые косметические средства, но на большие суммы пусть не рассчитывают.
- У вас легкая рука и счастливое лицо? - после длинной паузы продавец спросил балахон, под которым скрыта Virginie Albertine de Guettee.
Он пытался увидеть сквозь ткань тело щедрой покупательницы, которая одаривает свой гарем благовониями.
Стараясь не смотреть в гипнотические глаза, обрамленные длинными рыжими ресницами, Virginie Albertine de Guettee замычала неразборчиво и взяла ладони продавца в свои руки.
Маленькие, близко посаженные небесные глаза евнуха внушали ей жаркий трепет.
Графиня никогда не жалела продавцов, но сейчас не следовала собственным правилам, потому что бурная реакция продавца слишком сильная, чтобы на нее не обратить внимания.
Продавец женской косметики единственный в своем роде, центр Вселенной для девушек, и нужно быть самой холодной, заносчивой и высокомерной, чтобы не оценить его привлекательность.
А еще он - полная противоположность юноше из свиты Virginie Albertine de Guettee, и при виде его обворожительной улыбки графиня готова назначить продавца боцманом на своем корабле.
