Не осуждай никогда никого ни голословно, ни мысленно, а старайся найти если не оправдание, то его хорошие стороны, могущие возбудить жалость».
Эти правила, внушенные с раннего детства, формировали характер Натальи Гончаровой.
В том, что она была необычайным ребенком, легко убедиться, прочитав ее ученические тетради. Первые из них датированы 1820 годом, когда Наташе было всего восемь лет, а последние — 1829-м. В них — записки по русской истории, большая работа по мифологии — Наташа прилежно изучала античную историю. Удивления достойны познания десятилетней девочки в области географии — она, например, подробно описывает Китай, перечисляя все его провинции, повествуя о государственном устройстве. В тетрадях — старинные пословицы, высказывания философов XVIII века, собственные замечания по тому или иному поводу, которые иногда поражают своею оригинальностью. И в основном все это по-французски. Девочка пробует себя в рисунке. На полях — затейливые вензеля. Целая тетрадка, но уже по-русски, посвящена правилам стихосложения с примерами из Княжнина, Хераскова, Сумарокова, народных басен. И словно само провидение движет ее рукою, когда увековечивает она неизвестную сегодня басню о Соловье, Галках и Воронах.
И еще одна выписка из Наташиной детской тетради: «Ежели мы под щастием будем разуметь такое состояние души, в котором бы она могла наслаждаться в сей жизни новыми удовольствиями, то оно невозможно по образованию души нашей и по множеству неприятностей, с которыми часто невольным образом встречаемся в юдоли печалей».
Уже в десять лет Наташа могла, судя по «поэтической» тетрадке, не только отличить ямб от хорея, но и достаточно свободно ориентироваться в русской поэзии… Во взрослые годы она знала немецкий, английский и французский языки, была отлично образована. Тетрадки показывают «лабораторию» этого образования, свидетельствуют о способностях и талантах девочки из Полотняного Завода, где фактически был свой домашний лицей, в который приглашались лучшие учителя.
В детском альбоме Ивана Гончарова есть запись, сделанная рукой Наташи:
Nathalie Gontcharoff
Le 23 fevrier 1822
Перевод дословно звучит так:
На память от искренне тебе преданной сестры Натали Гончаровой 23 февраля 1822 г.
В 1822 году Натали Гончаровой было всего десять лет, но кажется, что это посвящение брату написала взрослая девушка — так не по-детски проникновенны слова и сильны чувства. В этих строчках проявляется душа, уже познавшая невзгоды и в то же время сознающая, что должна и может их пересилить.
Вот какой запомнилась Наталья Гончарова Надежде Михайловне Еропкиной, близкой знакомой семьи Гончаровых:
«Наташа была действительно прекрасна, и я всегда восхищалась ею. Воспитание в деревне на чистом воздухе оставило ей в наследство цветущее здоровье. Сильная, ловкая, она была необыкновенно пропорционально сложена, отчего и каждое движение ее было преисполнено грации. Глаза добрые, веселые, с подзадоривающим огоньком из-под длинных бархатных ресниц. Но покров стыдливой скромности всегда вовремя останавливал слишком резкие порывы. Но главную прелесть Натали составляли отсутствие всякого жеманства и естественность. Большинство считало ее кокеткой, но обвинение это несправедливо.
Необыкновенно выразительные глаза, очаровательная улыбка и притягивающая простота в обращении, помимо ее воли, покоряли ей всех.
— Федька, принеси самовар, — скажет она и так посмотрит, что Федька улыбнется во весь рот, точно рублем его подарили, и опрометью кинется исполнять приказание.
