Из-за вчерашних мытарств с автобусом вечер провёл за изучением сайтов окинавского публичного транспорта. В итоге - всё равно сорок минут искал остановку в Bus Terminal. Водитель сто двадцатого маршрута порекомендовал мне воспользоваться следующим сто одиннадцатым, который в два раза быстрее везёт пассажиров (девяносто минут). Несмотря на форменную фуражку с кокардой, как у наших моряков, белые перчатки и под стиль этого голубую рубашку, он вышел из салона и показал мне на столбе расписание сто одиннадцатого маршрута. Езда на автобусе - недешёвое удовольствие, несмотря на то, что бензин стоит сто йен за литр. За проезд по платной дороге и шестьдесят километров я заплатил 2100 йен, но альтернатива - лишь аренда машины (проезд по Okinawa Expy стоит 1020 йен). Но зато можно полюбоваться пейзажами. На севере острова доминируют лесные и горные массивы. Довольно часты таблички "caution animals" с изображением лесного кабана. Иногда автобус поднимался на горные вершины, с которых по обе стороны было видно море.
Остров Сесоко был выбран из-за недорого отеля - двадцать восемь евро в сутки. Но когда я увидел его воочию, соединяющегося с Окинавой протяженным белым металлическим мостом, неосознанная гордость проснулась во мне. Изумрудные лагуны, белые песчаные пляжи, зелёное буйство.
К японским отелям невозможно привыкнуть. Каждый раз какое-нибудь ноу-хау. Например, в Tilla SeaQ надо входить без обуви. Для гостей припасены тапочки. Оплату за проживание я производил банковской карточкой через сотовый телефон Apple, в который был воткнут маленький штекер для считывания. Да и внутри номера всё было продумано до мелочей. Зачем, например, уменьшать площадь номера ванной, туалетом и умывальником? Можно создать стеклянную перегородку, занавески, которые моментально складываются и сдвигаются. Радовали также наличие общественной кухни и бесплатной прачечной, велопрокат и редкость посетителей. Вблизи отеля имелась и пиццерия с неитальянским названием Кукавука. Ещё по прошлогодней поездке я заметил любовь японцев ко всему итальянскому. Пиццы, спагетти, кофе, кухня, одежда, обувь. Но они как-то всё переиначивают на азиатский манер, как и мы - их суши с сашими. То же и в отношении ширпотреба, который представлен в большинстве своём фейковыми марками и произведён китайскими умельцами.
Переодевшись в сухое, отправился на знакомство с островом. "В окружности семь километров. Население семьсот двадцать один человек. Жилые дома четыресто сорок два. Промышленности нет. Сельское хозяйство представлено выращиванием бахчевых культур, сахарного тростника, питахайи. Ремёсла: вышивание и роспись, гончарное производство. Два магазина, семь кафе, два пляжа, четыре отеля, биосферная обсерватория, прачечная..." - выдержки из пояснений под картой острова неподалёку от муниципалитета.
Заходя по очереди в перечисленные заведения, я не смог не удивиться. Всё перечисленное было в наличии. Мастерица расписывала чашки и чайники.
- Сколько стоит вот этот чайник?
- Три тысячи.
- А какой у него объём?
- Сейчас измерю.
Она принесла мерную колбу с комментарием "четыреста миллилитров..."
- Спасибо... маловат будет. Зайду за чашками к вам в понедельник.
- Аригато. Хосе масэ.
- Хосе-масэ, аригато! - как таинственные заклинания пожелали мы друг другу.
Тот же ритуал повторился в пошивочном павильоне. Я ненароком оторвал мастерицу от росписи ткани, чтобы купить самодельных открыток с местными птицами.
Не знаю, чем заняты сельчане в субботу, но дороги выглядели пустынными и я наслаждался дождём, тишиной и свободой. Всё же Наха - это каменные джунгли, несмотря на свои прекрасные и ухоженные парки, и там чувствуешь себя запертым в клетке. А здесь - дыши полной грудью, кричи и пой. Даже архитектура здешних домов иная. Окна в полный рост, стены белые, фиолетовые, оранжевые, и заборы почти отсутствуют, а вокруг оранжереи из диковинных пёстрых цветов и деревьев, только что не подписаны. Одни хозяева свои стиральные машины разместили на террасе, а другие выбрали для жизни дом на колёсах - этакий гигантский трейлер.
Я же до наступления сумерек - а темнеет здесь в шесть - направился на дальний пляж, чтобы открыть сезон в Восточно-Китайском море. Табличка о том, что купание после половины шестого вечера запрещено, меня не смутила. Сердце наливалось радостью от того, что сбежал от цивилизации, от того, что иду по белоснежному песку, промокший, под зонтом, ноги обдают тёплые волны, и вокруг ни души. Температура воды даже показалась выше, чем воздуха. С соседних островов мигали маяки, освещая морские глади. Искупавшись, с новыми силами ушёл на поиски ужина...
