Я уже поведала ей большую часть правды о своей жизни и о том, как обстояли дела с момента моего удочерения, но мне совсем не хочется рассказывать ей о братьях Ворониных. Это просто… совершенно другой уровень, и какая-то часть меня хочет все это забыть.
– Обычно, когда кто-то пропускает столько занятий, сколько пропустила мисс Хейз, ему приходится пересдавать семестр, – говорит декан, сцепив пальцы. – Она не сдавала выпускные экзамены ни по одному из своих предметов, согласно записям.
– Я это понимаю. – Оливия кивает. – Однако это неприемлемое решение.
– К сожалению, могу предложить только такое.
Бабушка улыбается, по-прежнему вежливо и изысканно, но теперь в ее улыбке появляется небольшая колючесть.
– То есть вы хотите сказать, что, если бы студенту пришлось пропустить занятия из-за болезни, смерти в семье или какой-то чрезвычайной ситуации, вы бы заставили его пересдавать зачеты за весь семестр?
Декан Кармайкл моргает, явно не привыкший к тому, что люди бросают ему вызов.
– Ну, не всегда. Конечно, нет. Но это смягчающие обстоятельства.
– А, так вы намекаете, что причины, по которым моя внучка пропустила занятия, недостаточно веские, чтобы позволить ей наверстать упущенное?
На секунду кажется, что он не находит слов. Думаю, если бы он говорил с кем-то другим, то наверняка уже сказал бы, что всех этих ее туманных рассуждений недостаточно. Но когда дело доходит до спора с моей бабушкой, он явно задумывается.
И меняет тактику.
– Что вы предлагаете, миссис Стэнтон?
Оливия складывает руки на коленях.
– У вас есть летняя школьная программа, верно?
– Да, – соглашается он.
– Тогда Уиллоу будет посещать занятия этим летом. Она наверстает упущенное и сможет начать следующий семестр без всяких штрафных санкций.
Я с трудом сдерживаюсь, чтобы открыто не уставиться на нее. Она излучает такую уверенность, что почти невозможно представить, чтобы декан отказал ей в просьбе.
И, в конце концов, он этого и не делает.
Бросив на меня еще один взгляд, мужчина наконец кивает.
– Что ж, хорошо. Если на этот раз она будет исправно посещать занятия, мы сможем позволить ей наверстать упущенное за лето. Но ей нужно будет записаться прямо сейчас. Летние занятия начнутся совсем скоро.
– Конечно. – Оливия одаривает его довольной улыбкой.
Мы выходим из его кабинета и направляемся прямо в здание регистрации, где бабушка следит за тем, чтобы я записалась на все нужные занятия. Она также оплачивает мое обучение, не обращая внимания на мои протесты и напоминая, что она наверстывает упущенное за все те годы, когда не могла баловать меня так, как положено бабушке.
И на колледже она не останавливается.
Пару дней спустя мы отправляемся осматривать квартиры, и она говорит мне выбрать ту, которая мне больше всего понравится, и не беспокоиться о том, сколько стоит аренда. По сравнению с этими квартирами, жилище, в котором я обитаю на данный момент, выглядит как лачуга, и как бы странно ни было иметь такую свободу выбора жилья, в кои-то веки не беспокоясь о деньгах, это даже весело.
Я использую знания, полученные во время просмотра шоу по благоустройству домов, чтобы выбрать жилье с удобствами, о которых всегда мечтала, и в тот же день мы подписываем договор аренды.
– Тут так красиво, – выдыхаю я, стоя в гостиной. Она пока еще пуста, зато потенциала полно. – Мне придется вставать пораньше, так как до кампуса еще несколько остановок, но оно того стоит.
Бабушка хмурится.
– Ты ездила в колледж на автобусе?
Я киваю, и следующее, что я помню, это как мы садимся в ее машину и едем в ближайший автосалон.
– Оливия… – говорю я, когда мы следуем за энергичным продавцом, у которого в глазах уже доллары мелькают. – Это слишком. Ты и так столько для меня сделала. Я не против ездить на автобусе, серьезно.
– Я не пытаюсь купить тебя, Уиллоу. Или завоевать твою любовь подарками.
– Конечно, я знаю. Просто хочу сказать, что тебе необязательно тратить на меня так много. Мне неудобно просить тебя об этом.
Она протягивает руку и кладет ее мне на плечо.
– Ты не просишь, так что тебе не о чем беспокоиться. Меня это вряд ли ударит по карману. Помнишь, что я сказала? Подумай о том, что за двадцать два года ты не получала от меня подарков на день рождения и Рождество. Я просто хочу наверстать упущенное.
В ее тоне слышится какая-то тоска, и я понимаю, что она, вероятно, чувствует себя виноватой за то, что ее не было рядом раньше. Она не смогла помочь мне, когда я находилась в бедственном положении, и это, наверное, давит на нее.
Странно, когда кто-то так сильно заботится о тебе, особенно после многих лет заботы о самой себе. В основном. Поэтому я благодарна за это. За
Мы все еще не знакомы во многих отношениях, но с каждым днем начинаем узнавать друг друга все больше и больше, и мне это нравится.
