– И я соглашаюсь на это. Вообще, на самом деле они меня не используют. Во всяком случае, я использую их в равной степени. Это не одностороннее использование. А взаимное соглашение. И пока продвигается эскортный бизнес, оно действует хорошо. Никаких мужчин. Бланш не заставляет меня обслуживать мужчин, и за это я ей благодарен. Это хорошая сделка. Хорошая, легкая работа, которая может спасти Софию. Так что, я буду продолжать это делать столько времени, сколько потребуется.
Заканчивает он жестким, решительным голосом. Подают следующую порцию суши. Мы едим в полнейшей тишине.
– Ты… ты в порядке? – спрашиваю я.
– Все хорошо, – отвечает он, ледяным инертным тоном.
– Да, ладно, знаешь, немного тяжело разговаривать, учитывая, что испытывающие запор камни показывают больше эмоций, чем ты.
– Мне не нужно, чтобы идиотка спрашивала, как я себя чувствую.
– Я просто пытаюсь быть милой! Ты такой толстый какашечный фекальный ребенок!
– Временами у меня есть фантазии насчет интеллектуального разговора, – вздыхает он. Я настолько зла, что резко подрываюсь со стула и врезаюсь в Фудживару, которая позади меня несет поднос с чаем. Кипящим чаем. Он выплескивается и впитывается в мою куртку. Я визжу, быстро расстегивая молнию, а затем бросаю её на пол.
– Ох, Айсис-сан, мне так жаль! – плачет Фудживара. – Мне очень, очень жаль. Я тебя не заметила, это моя вина…
– Все в порядке! – уверяю я её. – Всё в порядке, правда. Это я, идиотка, не посмотрела…
– Нет, нет, это всё моя вина…
Джек встает, и мы втроем собираем чайные чашки и помогаем Фудживаре убрать беспорядок, несмотря на её отказ и бесконечный поток извинений. Она бормочет что-то вроде: «я компенсирую это», и исчезает за двойными дверями кухни. Мы с Джеком садимся, и в баре все успокаиваются. Проходит тридцать секунд после снятия куртки, прежде чем я понимаю, какую ужасную ошибку совершила.
Розовая блузка. Я совсем о ней забыла. Она переливается и колышется с каждым моим движением. Плечи обнажены. Сквозь просвечивающийся материал практически можно рассмотреть, где находится мой бюстгальтер в горошек. Я выгляжу глупо. Я чувствую, как все смотрят на меня, и знаю, о чем они думают, что я выгляжу глупо, уродливо, а эта блузка мне не подходит.
Джек замер с наполовину поднесенной ко рту чашкой чая. Его взгляд прикован ко мне, к каждой части моего тела, он медленно и пристально рассматривает меня сверху вниз.
Я начинаю обратно натягивать свою куртку, но рука Джека останавливает меня.
– Что ты делаешь?
– Это неправильно, – шиплю я. – Я не хотела… я не собиралась её снимать. Эта блузка смотрится на мне глупо…
– Нет, – перебивает он. – Вовсе нет.
– Просто… – я тянусь за курткой.
– Она красивая, – говорит он мягко, затем прочищает горло. – Ты выглядишь… красиво.
Железный кулак сжимает мое сердце, горло, живот, а потом отпускает. По моему телу как пожар распространяется горьковато-сладкий жар. Я наслаждаюсь им в один момент, а в другой начинаю сомневаться, и затем понимаю, что происходит на самом деле.
– Поняла! – улыбаюсь я. – Ты до сих пор не отошел от эскортного поведения после свидания с Кайлой! В конце концов, прошло всего несколько минут, как закончилось ваше свидание.
– Что? Нет, я…
– Всё в порядке, правда! Ты просто забыл щелкнуть выключатель эскортного поведения, который обычно используешь. И это понятно. Трудно разделить работу и жизнь. Однако, спасибо за комплимент! Держу пари, я была бы должна заплатить как минимум десять баксов, чтобы услышать это, если бы была твоим клиентом, да? Но я получила его абсолютно бесплатно. Повезло!
– Айсис…
Джека прерывает щебечущая извинения Фудживара, когда подходит к нам с подносом крошечных чайных булочек, печеньем и несколькими порциями мороженого из зеленого чая. Я надеваю на себя куртку, застегивая её до подбородка. И болтаю с Фудживарой взахлеб всё время, пока ем десерт. Говорю о том, какие вкусные были суши, интересуюсь, где она достает рыбу, прошу совет: как лучше вывести пятно от зеленого чая с моей куртки, и благодарю её за сладкое. Джек молчит, ковыряя печенье, и Фудживара приносит ему счет.
– Я заплачу половину, – предлагаю я, наклоняясь, чтобы заглянуть в чек. Мои глаза практически выпучиваются. Джек машет конвертом, в котором я дала ему деньги:
– Ты уже это сделала.
Мы возвращаемся в тишине к парковке у Красного Папоротника. Я вожусь с телефоном, пытаясь не смотреть на побелевшие костяшки Джека на руле.
– Ты, должно быть, устал, – произношу я, когда он заезжает на парковку, и я выхожу из машины. – Отдохни немного, хорошо? И спасибо за практическое свидание! Не то, чтобы мне нужна практика, поскольку с тех пор как, ну ты знаешь, этого никогда больше не произойдет, но это была отличная идея! Мне было весело.
– Ты будешь развлекаться еще больше, – говорит Джек, засунув руки в карманы и смотря на меня с легкой болью в глазах. – Ходить на свидания с другими парнями. И весело проводить время.
Я отрицательно качаю головой.
– Не буду. Я уже говорила тебе, что эти вещи не для меня.
– Для тебя, – настаивает Джек. – В один прекрасный день ты влюбишься.
Я смеюсь.
