Мысль о том, что бабушка Пру беспокоится за Лену, напугала меня больше, чем события последних месяцев.
— В любом случае, передай ей это от меня.
— Обязательно, — кивнул я, и в ту же секунду бабушка Пру растаяла в воздухе.
А я недоуменно уставился на стакан с недопитым лимонадом и на ее любимое кресло-качалку.
Внезапно меня ослепил яркий свет, и я вновь оказался в больничной палате. Немного придя в себя, я осознал, что солнечные лучи падают уже под другим углом. Я взглянул на мобильник — я тут уже три часа!
Что со мной? Почему мне гораздо легче проскользнуть в мир бабушки Пру, чем оставаться в реальности? Когда я впервые встретился с ней таким образом, мне показалось, что все длилось считаные минуты… Кроме того, с нами могущественная природная фея. Скрипнула дверь, и в комнате очутилась Лиа:
— Как ты? Нормально?
Я разжал кулак и посмотрел на лежащую на ладони миниатюрную розу. «Для твоей девочки». Нет, я точно сумасшедший. «Интересно, а что с остальными?» — подумал я и, кивнув, ответил:
— Отлично. Мне пора, Лиа.
Я вышел из комнаты и поплелся по коридору. Меня не покидало ощущение, я волоку за собой набитый камнями рюкзак.
Не успел я сесть в машину, как вдруг само собой включилось радио, и зазвучала до боли знакомая мелодия. После свидания с бабушкой Пру я испытал даже некоторое облегчение, слушая песню. Она была очень кстати, как ливень после многомесячной засухи. Моя песня предречения.
Этот «Единый», очевидно, должен восстановить порядок Вселенной. И при чем здесь Колесо судьбы? Кто обладает достаточно силой, чтобы управлять всем и вдобавок принимать человеческое обличье?
В мире существуют светлые и темные чародеи, суккубы и сирены, прорицательницы и предсказатели. Я вспомнил предыдущий куплет, в котором говорилось о королеве демонов. Теперь ясно, кто способен захватывать тела смертных!
Сэрафина.
Наконец-то я приблизился к разгадке. Хотя Лив и Мэкон целую неделю провели с Джоном и обращались с ним то как с Франкенштейном, то как с наследным принцем, то как с военнопленным (в зависимости от настроения), он так и не рассказал им ничего путного. А я не сообщил никому, кроме Лены, о моих видениях, связанных с бабушкой Пру. Но во мне зародилось смутное подозрение, что эти события являются звеньями одной цепи. Если в миску насыпали муку, рано или поздно получится тесто, как говорила Эмма.
Колесо судьбы. Эмма и бокор. Джон Брид. Восемнадцатая луна. Бабушка Пру. Песня предречения.
Еще не поздно.
Когда я достиг Равенвуда, Лена ждала меня, сидя на ступеньках парадной лестницы. Я чувствовал на себе ее взгляд, заезжая в покосившиеся железные ворота.
Вручая мне золотую розочку, бабушка Пру произнесла: «Это для твоей девочки. Чтобы я могла присматривать за ней».
Все это очень тревожно.
Я подошел к Лене. Она забрала у меня подвеску и молча пристегнула на свое ожерелье.
«Подарок от бабушки Пру».
«Я знаю».
— Я случайно заснула на диване и сразу же увидела ее… Мне очень жаль, Итан… — добавила она и положила голову мне на плечо.
Я посмотрел на буйную зелень сада, которая оставалась свежей наперекор саранче, засухе и прочим испытаниям.
— Она еще что-нибудь сказала?
Лена погладила меня по щеке, а потом подняла глаза, и я понял, что она плакала.
«Думаю, ей недолго осталось».
«Почему?»
«Она попрощалась со мной».
Вечером до дома я так и не добрался. Бесцельно бродя по улицам, в какой-то момент я оказался возле дома Мэриан. Я знал, что она внутри, а я — снаружи, и почему-то успокоился.
И я заснул на ее чисто выметенном крыльце. Крепко и без сновидений.
Утром я ел хлопья с молоком, прислушиваясь к болтовне бабушек в соседней комнате.
— Когда дети появляются на свет, у них нет коленных чашечек, представляете? — просветила нас Грейс, успев первой уютно устроиться на диване, чем крайне расстроила свою сестру.
— Грейс Энн, говорить такое — в высшей степени возмутительно!
— Мерси, это чистая правда, богом клянусь! Прочитала в «Ридерз дайджестив»![18] Там столько умного пишут!
— Но зачем ты решила сообщить нам эту потрясающую новость?
— Даже не знаю… Просто подумала, что рано или поздно все меняется. Если у малышей из ниоткуда появляются коленные чашечки, то почему я не могу научиться летать? Почему бы не построить лестницу до самой Луны? Почему бы Тельме не выйти замуж за этого милого парнишку, Джима Клуни?
— Ты не научишься летать, потому что у тебя нет крыльев! Кстати, на Луне нечем дышать! А парнишку зовут не Джим, а Джордж Клуни, живет он в самом Голливуде и даже церковь не посещает!
Иногда я понимал, о чем говорят Сестры, даже если со стороны их слова казались полным безумием. Они нервничали из-за за бабушки Пру. Готовились к тому, что, вероятно, она умрет. Таков порядок вещей и вообще Вселенной. По крайней мере, я старался убедить себя в этом.
