Взаимоуничтожение людей, кровопролитие, радиоактивное заражение, разрушенные города. Зомби-вирус изменяет последних выживших. В этом хаосе инопланетный симбионт, внедрившийся в тело человека, решает свои задачи.
18+
События книги происходят где-то в параллельной вселенной, совсем не похожей на нашу.
Открыл глаз и сразу же захлопнул – боль прострелила мозг. Провалялся на мокрой шконке ещё минуты две, пока мыслишки не перестали мельтешить, и вот тогда у меня получилось догнать одну – самую умную и трезвую из тех, что мимо пробегали. Она прозвучала как-то так: «Где я?»
– Ты меня в подвал затащила и повязала? Чего я тебе сделал? – спросил у незнакомой девахи, которая уселась напротив меня, после того, как мне удалось во второй раз чуток приоткрыть свой полусонный левый глаз.
Башка раскалывалась, язык обложился жёстким шершавым налётом и был до омерзения сух. Правый глаз оставался наглухо закрытым, потому что все веки на нём слиплись. Пока его в толчке под краном не промоешь или хотя бы ваткой не протрёшь, то хрен откроешь. Эту фишку с глазами я просёк ещё лет десять назад. Никогда не мог толком продрать их на следующее утро после распития с братвой дешёвой сивухи. Ну, да, тогда я ещё был тупым малолеткой–бакланом, вот и приходилось мне пить то, что горит. Как вчера куражнулись, не помню, равно как и эту деваху, которая уставилась на меня. На наших шкур вроде не похожа. Или это… ночью по пьяной лавочке мы её слегка обидели. Или нет? Не обидели? Не помню… что с башкой творится… Пора пойти и проблеваться. А, нет, не выгорит – я же связанный.
– Чего расселась, воды дай! Не видишь – сушняк замучил, – прохрипел ей. Девка не сдвинулась со своей табуретки, только кивнула кому-то за моей спиной.
– Виктор, помоги страждущему.
Походу здесь их набралась целая кодла. «Сука, на этот раз попал конкретно», – размышлял я, пока не услышал знакомый звук открывающейся крышки от бутылки с газировкой. После этого немножко успокоился. Раз пить дают, значит, убивать не будут. Живём пока. Меня приподняли, чтобы залить в рот спасительную жидкость. «Фанта», – догадался я и быстренько выглохтил всю полторашку, пока не отобрали.
– Вы кто? – спросил у них, потому что после фанты язык наконец-то разболтался и развязался, а изо рта отрыжкой вышли скопившиеся сивушные газы, которые мешали мне нормально говорить и соображать.
– Какой толк нам от этого быдло-гопника? – услышал я голос Виктора.
– Каждый для нас имеет значение. Посмотри, в каком он состоянии. Уже не в первый раз замечаю, что людишки, после того, как ты их привозишь, сутками в себя прийти не могут.
– Думаю, это не наш случай, – краем уха я засёк последние слова Виктора перед тем, как отрубиться и провалиться в никуда.
Сижу себе в своей новой студии, которую прикупил на днях. Как же мне фартануло и удачно подвалило, что я сам смог провернуть такую выигрышную сделку и толкнуть перепавшую мне по наследству старую обшарпанную хату, в которой моя бабка–нищебродка за сорок лет ни разу не замутила нормальный, человеческий ремонт. Представляете, что там в её крысятнике было? Ловите бесплатно лайфхак: я сходу разменял бабкину обосранную трёхкомнатную панельку–девятиэтажку на вот эту чистенькую современную шедевру домостроения. Моя теперешняя квартира реально крутая. Зацените: компактная студия площадью четырнадцать квадратных метров на тридцать четвёртом этаже. Я урвал её по льготной госпрограмме «Доступный комфорт, ремонт и жильё».
Это что-то типа равноценного обмена всякого в хлам убитого старья, которое понастроили ещё лет сорок–пятьдесят назад, на современную, продвинутую новостройку. По этой госпрограмме мне и ремонт на халяву сделали – заселяйся и кайфуй. Не, я вам не лох какой-нибудь, мне не впёрлось самому обои клеить и линолеум ложить. А из-за ремонта я париться не буду: лучше в танчики на компе погоняю, книжки в интернете почитаю и потом на них отзывы–комменты настрочу. И пока я был занят своим обычным трудом, меня обслужили как артиста: тёлки–малярши подгребли, хату мою новую цветочками обклеили, сантехнику прикрутили, на пол линолеум набросили. Рваный местами, сволочь, но это ничего – на изоленту завтра разорюсь и с двух сторон все трещины проклею.
Студия моя богато заставлена мебелями от нашего известного премиального бренда «ДСП». Бытовая техника вся тоже супермодерновая, получена прямо из контейнеров от соседнего союзного государства за двухсотлетнюю аренду земель. Наши из правительства реально молодцы: смогли пропихнуть иносранцам–подлипайцам ненужные нашей стране пахотные и лесистые земли. Ну и правильно, там же, кроме старья и зверья больше никто не живёт – глушь непроходимая. А подлипайцы поставляют свои товары для нужд наших людей в счёт оплаты земли. В моей квартире всё, что связано с электричеством, сделано подлипайцами. И кипятильник, и сушилка для ботинок. Самая крутая примочка – это замок дверной. Прикиньте, прикладываешь к нему глаз, а хитрый замочек сразу своего хозяина узнаёт и сам дверь ему открывает.
