— Вам на второй этаж. Кабинет номер двадцать пять. Секретарь вам дальше всё подскажет. Я могу вам ещё чем-то помочь?
В его голосе слышались просительные, а не вопросительные нотки. Это меня даже немного разозлило: пожилой человек унижается перед любым, кто придёт к начальству. Но с другой стороны он сам здесь работает. Не пошёл же он на какую-то другую работу?
— Нет, спасибо, — ответил я, — думаю, что я дальше разберусь и сам.
— Тогда можно ваши документы, мне вас записать надо, — и он положил на стол журнал для учёта посетителей.
— Конечно, — мой новый паспорт из моих рук переходит в его руки и через полминуты снова возвращается ко мне.
Я смотрю на ступени на второй этаж и понимаю, что там будем в очередной раз решаться моя судьба. И в этот раз я прекрасно понимаю, что я к этому готов. Причём, готов уже давно.
На втором этаже бегают какие-то люди. Как я понимаю, большая часть из них всё те же «бегунки», решающие чьи-то проблемы, но мне нет до них никакого дела. Всё что происходит на этом этаже, я вижу краем глаза. Моя цель в конце коридора. Нет, я не вижу номера на двери, да и не был я никогда у этого человека, чтобы знать, где его кабинет. Просто, какое-то чувство подсказывает мне, куда идти к своей судьбе. И я иду в этот самый конец коридора.
На двери расположилась табличка: «Начальник областного отделения ГАИ Маюров Алексей Иванович». Ещё один «начальник Маюров». Возникает чувство, что у них вся семья начальников, даже их дети командуют в своих классах, а их собаки держат весь прилежащий к их дому район. Дверь, по виду, очень хорошая, да и открывается легко. За ней не кабинет, а приёмная с секретарём. Секретарь мужчина, в форме полицейского. Меня это немного смешит, но приходится сдерживаться, ведь я сюда пришёл по делу, а не шутки шутить.
Секретарь поднимает на меня голову, смотрит пару секунд и задаёт свой вопрос, скорее всего коронный:
— Вам назначено?
— Да, мне к одиннадцати назначали.
— К одиннадцати? — Деланно выгнутая бровь, в какой-то степени женское движение, свойственное редкой группе мужчин. — А, вы, извините, от кого?
— Я от Дарьи Алексеевны.
— Понятно. — Явно годами отработанным движением трубка телефона ловко переходит с телефонного аппарата в его руку. — Алексей Иванович, пришёл человек от Дарьи. Говорит, что ему назначено на одиннадцать. Хорошо. Сейчас скажу.
Пока они говорят по телефону, я рассматриваю комнату, так как ничего другого в голову мне приходит, ведь я уже уверен в дальнейшем результате. Здесь, конечно, всё побогаче, чем в паспортном столе. Но, тем не менее, выдержано в какой-то строгости. Ничего лишнего я не вижу, всё аккуратно разложено по своим местам, даже рыбки в аквариуме залезли в импровизированный домик. Всё чётко, по-военному. А ведь пришёл-то я в полицию. Ну да ладно, секретарь уже смотрит на меня.
— Вы можете заходить. Алексей Иванович вас ждёт. Можете не беспокоиться ни о чём, никто вас не потревожит.
Последнее замечание меня весьма озадачило, но, тем не менее, я потянул ручку двери на себя. И что меня встретило сразу при открытии двери? Ну, конечно же, табачный дым. За столом сидел мужчина, явно годившийся Дарье Алексеевне в отцы, и курил сигарету, струшивая пепел прямо на пол. Это меня удивило, учитывая аккуратность приёмной. Скорее всего, разные зоны ответственности: здесь — царство начальника, там — царство секретаря.
Я зашёл в кабинет и закрыл за собой дверь. От стола на меня поднялось уставшее лицо, которое прямо говорило: как вы мне все надоели.
Несмотря на внешний вид обладателя уставшего лица, меня он встретил вполне радушно, даже кофе предложил.
Алексею Ивановичу на вид было около пятидесяти лет, но, как оказалось, он был значительно старше, и Дарья Алексеевна была действительно его дочерью. Но в тот момент я отметил про себя его молодой вид и деловую хватку. Так же, как и его дочь, он не стал обсуждать сторонние дела, а сразу взял весь разговор в свои руки.
— Дарья сказала, что есть какие-то проблемы. Правда она не уточнила какие именно… Вы что, беглый преступник?
Глаза «Начальника» пытались проделать во мне дыру. Под этим взглядом я очень чётко понял одну вещь: врать нельзя. Ну, так я и не буду.
— Нет, я не преступник. И даже не террорист. Я простой человек, который переживает в данный момент большие неприятности и моральные трудности. Конечно, если это вам интересно. Я знаю кое-что, что лучше бы не знал. Опишем эту ситуацию как-то так. Извините, но, не могу вдаваться в подробности, так как дело не простое.
По его смягчившемуся взгляду я понял, что убедить его удалось. Ну что же, я ведь не врал. Просто немного завуалированно описал свою ситуацию и он поверил.
— Захаров Пётр Михайлович, — я так и не понял, откуда у него в руке появились пластиковые права, — ну что же, я поздравляю вас с успешной сдачей. Надеюсь, вам было не сложно, и верю, что они вам помогут в жизни. Ну… Как-то так я говорю каждый раз, когда мне лично приходится вручать права какому-то человеку. В основном, это какие-то мажоры или их невесты, но бывают и исключения. Собственно, как в вашем случае.
