«Виток спирали, — думал Эмби. — Вот мы и оказались на новом витке исторической спирали — от племени к городу, а теперь снова к племени».
Джейк отошел от трейлера и уселся рядом с Эмби:
— Скажите-ка, док, только честно: зачем вы это затеяли? Не подумайте, что я не рад, ведь без вас я ни в жизнь не высвободился бы из этой мышеловки. Но у меня в голове не укладывается, что вы вот так запросто решили пуститься во все тяжкие. Ведь вы немолодой человек, и…
— Знаю, — перебил его Эмби. — Может, причина именно в этом. Мне осталось всего ничего, и я хочу найти этому остатку самое достойное применение.
— Вы же неплохо устроились, док, волноваться вам вообще не о чем. Теперь, когда вы больше не учитель, можете расслабиться. Жить в свое удовольствие.
— Я обязан разобраться, — сказал Эмби.
— В чем?
— Пока не знаю. Наверное, в том, что происходит.
Оба умолкли и уставились на великолепный блестящий трейлер. Из соседнего дома доносился звон кастрюль и сковородок, перемежаемый резкими окриками.
Мирт собиралась что было сил.
В первый вечер остановились в заброшенном лагере через дорогу от закрытой фабрики.
Лагерь был немаленький и выглядел так, словно трейлеры разъехались всего пару дней назад. В пыли виднелись свежие следы протекторов, ветер гонял по территории клочки бумаги, земля под водонапорными колонками еще не просохла.
Джейк и Эмби, устроившись в тени трейлера, смотрели на ту сторону дороги, на безжизненные здания.
— Странно это, — начал Джейк, — что они закрылись. Видите вывеску? Это пищевка была. Похоже, делали сухие завтраки. Может, завтраки перестали покупать? Вот закрылась фабрика.
— Может, и так, — ответил Эмби. — С другой стороны, кое-какой рынок для сухих завтраков должен был остаться. Достаточный, чтобы фабрика продолжала работать хотя бы в половину мощности.
— Думаете, тут что-то произошло?
— Судя по виду, ничего тут не произошло, — сказал Эмби. — Кочуны просто снялись с места и уехали.
— Видите громадный дом — вон там, на холме?
— Ага, вижу, — кивнул Эмби.
— Может, там душнила живет?
— Может, и живет.
— Интересно, каково это, быть душнилой? Сидишь себе и смотришь, как остальные надрываются, а к тебе денежки текут. И никакой нужды. Что пожелаешь, то у тебя и будет.
— Наверное, у душнил тоже проблем хватает.
— Мне бы их проблемы, все до единой, да на годик-другой. Я бы только и делал, что до потолка прыгал от радости. — Джейк сплюнул в пыль и поднялся на ноги. — Пойду пройдусь. Может, кролика подстрелю или белку. Компанию не составите?
— Составил бы, да устал немного, — покачал головой Эмби.
— Впрочем, пустая затея. Рядом с таким лагерем, поди, всю дичь перебили.
— Вот посижу, отдохну, — сказал Эмби, — а потом схожу на прогулку.
Это и правда был дом душнилы. От него буквально разило деньгами. Высокий, широкий, ухоженный, а вокруг — здоровенный участок с цветами и кустами.
Эмби сидел на каменной стенке, окружавшей территорию поместья, и смотрел вниз — туда, откуда пришел, на фабрику, на заброшенный лагерь, на одинокий свой трейлер посреди огромной вытоптанной площадки. Дорога, петляя, уходила за горизонт, белела в лучах летнего солнца и была совершенно пустой: ни грузовика, ни трейлера. А раньше, думал он, все было совсем иначе. Раньше дороги кишели всевозможными автомобилями.
Теперешний мир сильно отличался от прежнего; Эмби игнорировал его уже тридцать лет, и за эти тридцать лет мир стал для него совсем чужим. Эмби закрылся от него и утратил его; теперь же он хотел обрести его снова — но обнаружил, что мир стал непонятным, а местами и страшноватым.
— Добрый вечер, сэр, — сказали у него за спиной.
Обернувшись, Эмби увидел человека в твидовой паре и с курительной трубкой: извечный образ сквайра из английской деревушки.
— Добрый вечер, — ответил он. — Надеюсь, я не нарушил ваших границ.
— Вовсе нет. Как вижу, вы остановились под холмом. Очень рад соседству.
— Мой напарник ушел на охоту, а я решил прогуляться.
— У вас смена?
— В смысле?
— Смена лагеря. Раньше это было частое явление. Сейчас уже реже.
— То есть переезд со стоянки на стоянку?
— Именно. Насколько я понимаю, это процесс обустройства. Не понравилось в одном месте, отправляетесь на поиски другого.
— Период потрясений уже закончился, — сказал Эмби. — В наши дни каждый, наверное, уже нашел свое место.
— Быть может, вы правы, — кивнул душнила. — Быть может, так оно и есть. Я слабо в этом разбираюсь.
— Я тоже, — сказал Эмби. — Мы только что выехали. Мой университет закрылся, вот я и решил купить кибитку, а соседи отправились со мной. Первый день в пути.
— Мне иной раз думается, — сказал мужчина, — что неплохо бы пуститься в небольшое путешествие. Когда я был совсем мальчишкой, мы выезжали в долгие автомобильные туры, бывали в разных местах; но теперь ездить почти некуда. Раньше ночевали в специальных постройках, они назывались мотелями. А вдоль дороги — то кафе, то бензоколонка, то автосервис, и так каждую милю. Теперь же перекусить и заправить машину можно лишь в лагере, а кочевники, насколько я понимаю, не очень охотно продают еду и топливо.
