Он сложил вещи в рюкзак, подхватил его и винтовку, вернулся к спальнику. Груз немалый, но Эмби никуда не спешил: пойдет потихоньку, так что справится. В сущности, утешал он себя, все не так уж плохо. В кармане лежит бумажник с оставшимися деньгами. Интересно, как Джейк раздобудет еду и бензин, у него же ни гроша за душой, думал Эмби, хотя на самом деле его это не особенно волновало.
Он вообразил, как Джейк говорит вполголоса на тех полночных совещаниях: «Все из-за дока. Это из-за него нас не берут. Глянут на старика, и сразу ясно: ему надо будет платить пенсию. Зачем брать человека, который через пару лет станет обузой для лагеря?»
Или: «Точно говорю, Мирт, это все док. Как начнет вещать по-ученому, так сразу всем не по себе становится. Думают, что он им неровня. Думают, что он нос задирает. Ну а на нас глянь, мы же нормальные люди, обычные, как все. Если бы не док, нас мигом бы взяли».
Или: «Ну сама подумай, мы-то на любую работу годимся, а у дока специализация. Ничего нам не светит, пока от него не избавимся».
Эмби покачал головой. Забавно, подумал он, на что готов пойти отчаявшийся человек. Благодарность, честь, даже дружба — все это лишь песочный замок перед волной отчаяния.
«Ну а как же я? — спросил он себя. — Что мне теперь делать?»
Понятно, первое, что пришло в голову: развернуться и отправиться домой. Это невозможно: через месяц на севере ляжет непролазный снег. Если возвращаться, то сперва надо дождаться весны.
Остается одно: двигать дальше на юг, продолжать начатое путешествие — правда, уже с иной скоростью. У такого путешествия даже есть свои достоинства: он будет предоставлен сам себе и сможет размышлять, сколько душе угодно. А поразмышлять есть над чем, загадка сама себя не разгадает. Где-то должен быть ответ, ключ, указание на фактор, присутствие которого Эмби чувствовал в лагерях. Если поймать этот фактор за хвост, все детали исторического графика встанут на свои места и Эмби доделает то, что начал.
Он оставил рюкзак с винтовкой на спальнике, вышел на дорогу и посмотрел сперва налево, потом направо. Дорога была длинной и одинокой, совсем как его жизнь. У него не было детей, а в последние годы и друзей толком не было. Джейк, признал он, был самым близким его другом; но где теперь тот Джейк? Теперь их с Джейком разделяет не только долгая извилистая дорога, но и предательство.
Он расправил плечи, принял отважный и самоуверенный вид (хотя в душе чувствовал себя совсем иначе) и зашагал обратно к спальнику, рюкзаку и винтовке.
Через месяц он чисто случайно набрел на стоянку дальнобойщиков.
День клонился к вечеру. Эмби вышел к перекрестку и увидел припаркованный полуприцеп.
У только что разведенного костра сидел на корточках мужчина и аккуратно подкладывал веточки в огонь. Второй мужчина распаковывал контейнер: судя по виду, с харчами. Третий выходил из леса с ведром: наверное, набрал воды в ближайшем ручье.
Мужчина у костра первым заметил Эмби, вскочил на ноги и крикнул:
— Привет тебе, незнакомец! Ищешь место для ночевки?
Эмби кивнул и приблизился к костру. Снял рюкзак с притороченным к нему спальником, бросил на землю:
— Буду признателен, если не прогоните.
— Рады встрече. — Мужчина снова опустился на корточки и продолжил возиться с костром. — Обычно мы на всю ночь не останавливаемся. Приготовим еды, перекусим и едем дальше. У нас в машине койка: один спит, другой рулит. Даже Тома, бывает, за руль пускаем. Он у нас отменный водитель. — Мужчина кивнул на человека с ведром. — Но не по профессии. По профессии он препод из университета. В отпуске.
— В творческом, — усмехнулся Том, глядя на Эмби поверх костра.
— И я, — сказал Эмби. — Только я в бессрочном.
— Но сегодня заночуем, — продолжал дальнобойщик. — Что-то мне звук мотора не нравится. Да и греется он сильно. Надо бы перебрать.
— Перебрать? Прямо здесь?
— Почему нет? Здесь не хуже, чем везде.
— Но…
— Ты за нас не переживай, — гоготнул дальнобойщик. — Видишь Джима? Он мой помощник, профессиональный подъемщик. Поднимет движок, поднесет к огню, тут и разберем.
— Я Эмби Уилсон, — представился Эмби и сел у костра. — Прогуливаюсь.
— Издалека прогуливаешься?
— Из Миннесоты.
— Неплохо прогулялся для человека твоего возраста.
— Часть пути проделал на машине.
— И что, сломалась твоя машина?
— Нет, напарник угнал.
— А вот это, — рассудительно сказал дальнобойщик, — называется подлейшая подлянка.
— Джейк не желал мне зла. Просто отчаялся.
— Ты не пробовал его выследить?
— Что толку пробовать? Это невозможно.
— Мог бы искаря нанять…
— Искаря? В смысле?
— Дедуля, ты где вообще пропадал все это время? — спросил дальнобойщик.
Интересный вопрос, подумал Эмби.
— Искарь, — объяснил Том, — это такой телепат. Узкоспециальный. Может выследить человека по его сознанию, а потом найти — почти что в каждом случае. Он как пес, только человек. Работа непростая, искарей не так уж много. Но с годами, надеюсь, их станет побольше. И работать они станут получше.
Искарь — это такой телепат.
Как обухом по голове.
Причем узкоспециальный, словно телепатов великое множество и все они разные.
