Так… До встречи четыре часа. Чем заняться? Постоял, обвёл взглядом окружающую действительность. Действительность меня окружала какая-то безрадостная, можно даже сказать — тоскливая действительность. Хотелось чего-нибудь этакого… Я вновь снял трубку.
— Алло, добрый вечер. Не могли бы Вы позвать Марину Николаевну?
— Да, я слушаю. Кто это?
— Марина, привет! Ты, может быть, помнишь Андрея, который с тобой в одном купе ехал? Ты мне ещё телефон оставила.
— Здравствуй, здравствуй. Обещал на следующий день позвонить, а позвонил когда?
— Виноват, исправлюсь. Чем занимаешься?
— Ничем, сижу дома с Иринкой.
— А кто ещё дома?
— Да никого. Почему спрашиваешь?
— У меня тут странная мысль возникла. Не встретиться ли нам? Возможно, на твоей территории.
Она засмеялась в трубку:
— Ну, приезжай, записывай адрес…
— Лечу.
Через сорок минут я с бутылкой шампанского, и цветами стоял возле квартиры на девятом этаже.
— Привет!
Она была великолепна.
— Привет ещё раз.
— Так, всё правильно. Цветы, шампанское. Ты галантный кавалер. Заходи.
— Можно тебя в щёку поцеловать?
— Можно.
Я дотронулся губами до щеки женщины и «вдруг» понял, что избрал верное направление, когда решал, чем заняться.
Квартира притягивала не роскошью, а своей ухоженностью. В таких квартирах всегда присутствует ощущение расслабляющего уюта. Вспомнил комнаты, в которых доводилось жить мне — в них всегда царил беспорядок. Даже сейчас на Саянской обстановка походила на поле боя или, точнее, поле после боя. Смог бы я когда-нибудь жить вот в такой милой, ухоженной квартире? Вряд ли. Одно из двух. Либо помещение вытолкнет меня, либо само превратится в хаос. Третьего не дано. Пятого тоже. Впрочем, и седьмого, и восьмого, и…
— Ну что ты встал, присаживайся. Рассказывай, как надумал здесь появиться. Есть хочешь?
— Ещё как.
Улыбка:
— Сейчас принесу.
Марина расставила на журнальном столике наскоро приготовленный ужин и достала из серванта фужеры.
— А где дочка? — я только сейчас сообразил, что Ирочки с нами нет.
— Она у бабушки, этажом ниже. Мои родители живут на восьмом.
— Тогда за встречу.
— За встречу.
Мы чокнулись фужерами с шампанским, и этот звук мягко утонул в бархатном воздухе комнаты. Марине было двадцать шесть лет, и год, как она не жила с мужем. Информацией об этом обстоятельстве я владел со времени нашего совместного путешествия в поезде, правда информация была достаточно поверхностной. Мы пили и смотрели друг на друга. У меня возникла мысль, что всё это напоминает встречу давних приятелей, тогда как на самом деле мы не были даже как следует знакомы. Двое суток в одном купе, разговоры мимоходом, и вот теперь молча пьём и глядим друг другу в глаза. С чего бы это? Ладно я. Где у меня искренность, а где театр или даже клоунада, сам порой не могу разобрать, но женщина? Не побоялась ведь пригласить к себе в гости.
— Марина, — я сделал небольшую паузу и разрезал на несколько частей апельсин, — вы здесь с Ирочкой вдвоём живёте?
— Вдвоём, — она взяла дольку и опустила в ротик, — теперь вдвоём.
— А на какие средства существуете? Ты ведь не работаешь, правда? Родители, наверное, помогают?
— И родители. Они у меня неплохие деньги зарабатывают. Да и муж частенько подбрасывает.
— Бывший муж?
— Ну да.
— А он чем занимается? Если не секрет, конечно.
— Какие уж от тебя секреты, — Марина продолжала улыбаться. — Сейчас время такое, что непонятно, кто вообще, чем занимается. Крутится как-то, что-то. Я с ним давненько уже не разговаривала.
— А почему разбежались?
— А почему ты спрашиваешь?
Пожал плечами. Действительно, почему?
— Ну, извини. Ещё выпьешь?
— Мне маленько только.
Пока разливал, затрещал телефон, и хозяйка вышла с ним в соседнюю комнату. Часы показывали без двадцати шесть. До девяти время ещё было, и я, расслабившись, развалился в кресле.
— Почему не ешь? Всё остывает. «Есть хочу, есть хочу», а сам сидит, как жених на смотринах. Торопишься?
— Да нет, — и, оправдываясь, развёл руками.
— А твой приятель, Александр, заезжал к тебе?
В глазах даже не искра интереса, а выжидающая заинтересованность. Та-ак…
— Нет ещё, но, думаю, должен на днях появиться. Что-нибудь ему передать?
— А ты разве больше сюда не придешь?
— Конечно, приду. Ты только позови. Но я к тому спросил, что, может быть, он завтра утром подъедет. Тебе он нужен?
Она выдержала паузу.
— Александр рассказал, что вы с ним очень давно знакомы. Он… — Марина замолчала на секунду, подбирая слова. — Ты знаешь, я разговаривала с Ирой. Она ничего толком объяснить не может, но ты ведь сам всё помнишь. Понимаешь, я почти пять лет пытаюсь что-то сделать. Муж, родители показывали Ирочку разным врачам, но всё безрезультатно. Вроде всё испробовали, всё, что доступно — никаких улучшений. И тогда, в вагоне, я сначала не поняла, а сейчас знаю — она видела. Поэтому я бы хотела встретить Александра, ведь есть какая-то надежда, правда? Когда ты сегодня позвонил, я почему-то поверила, что ты мне поможешь. Я твой звонок всю неделю ждала.
Я смотрел на стену. На стене висел плакат с изображением какого-то голливудского киноактёра с голым торсом и револьвером в руке. Кино-о…
