Доминик не сомневался: Эмма - компаньонка, которую он нанял для своей сестры, - лжет ему. Эмма Вудхилл. Он даже не был уверен, настоящее ли, это ее имя. Тогда почему он помогает Эмме? Почему его тянет к ней, несмотря на то, что он помолвлен с другой?…
Мэри Николс
Прелестная обманщица
Глава первая
Эмма стояла, опершись на поручни «Нежной девы». Корабль пробирался по устью реки. Берега
были скрыты в тумане. По воде плавали обломки дерева, капустные листья и даже дохлая собака – в
общем, присутствовали все грязные «украшения» большого города, как в реке Хугли в Калькутте, но
запах был другой – не пряный, а прогорклый. От сырости рыжие волосы Эммы завились в тугие
кудряшки.
Так вот она какая, Англия! И эту серую, мрачную, холодную страну британцы в Индии считали
желанной родиной! Даже отец, проживший в Индии двадцать пять лет, говорил об Англии с
ностальгией. Эмма вместе с братом Тедди родилась в Калькутте и покидала ее только в разгар жары –
их увозили в горы. Им и в голову не могло прийти, что однажды они поплывут в Лондон на грузовом
корабле, а весь их багаж составит старый железный сундук да две холщовые сумки.
Туман немного рассеялся, и они подошли к причалу. Эмма увидела десятки кораблей с флагами
самых разных стран, но больше всего было судов британской Ост-Индской компании, шире известной
под названием Компания.
Везде сновали портовые рабочие, загружая и разгружая суда.
К Эмме подошел брат. Он был хорошо сложен и высок для шестнадцатилетнего юноши, но
выражение лица и голубых глаз было еще по-детски наивным. Он никак не мог свыкнуться с мыслью о
смерти отца, которого, как и Эмма, боготворил.
Она с улыбкой повернулась к нему.
– Немного похоже на Калькутту, правда? Корабли снуют среди тумана, люди работают. – Она
помолчала. – Но, конечно, это не Индия.
– Здесь холоднее. – Он поднял воротник пальто. – Миссис Гудрайт говорила, что в это время
года здесь настоящая английская весна.
– Ее не стоило слушать. Для нее зима в Калькутте слишком жаркая.
Миссис Гудрайт была женой адъютанта и взяла на себя роль опекунши Эммы и Тедди после
смерти их отца.
К девушке и ее брату подошел капитан Гринуэй. У него была большая, почти совсем белая
борода и изборожденное морщинами лицо – результат пребывания на палубе в любую погоду. Но
грубоватый вид смягчали веселые голубые глаза и приветливая улыбка.
– Ну вот мы и добрались, сударыня, целы и невредимы.
В это время по трапу поднимались двое мужчин – на вид чиновники.
– Жаль, что погода не благоприятствует. Здесь это называют апрельскими ливнями. Но едва
появится солнышко, и вы увидите, какая это чудесная страна – не слишком жаркая и не слишком
холодная.
– Да, конечно, вы правы.
1
– Как только таможенники и санитарный инспектор закончат осмотр, вы сможете сойти вниз. Я
распоряжусь, чтобы ваш сундук отнесли на набережную. – Капитан протянул Эмме руку. – Я буду
занят, поэтому попрощаюсь с вами сейчас.
Она пожала ему руку.
– До свидания, капитан. Большое спасибо за все.
– Мне было приятно вам услужить. Должен отметить, мэм, что вы храбрый моряк. – Он
повернулся к Тедди. – И вы тоже, сэр. Желаю вам успеха.
– Благодарю вас. – Тедди пожал ему руку.
Плавание и в самом деле было нелегким. Эмма наблюдала за тем, как команда опускала паруса и
освобождала палубу, чтобы поднять крышки грузовых люков. Ее вдруг охватило странное нежелание
спускаться на землю предков.
Зачем они с Тедди все это затеяли? Страх, испытанный ею во время Шторма на море, был ничто
по сравнению с ужасом, охватившим ее сейчас. А если они совершили непоправимую ошибку? Ведь в
этой незнакомой стране ей не к кому обратиться за советом и они никому не нужны. Не лучше ли им
вернуться обратно?..
И вот она уже снова скачет на лошади через майдан1 в Калькутте, а топот копыт громко отдается
в ушах.
Обширное открытое пространство вокруг форта было расчищено Робертом Клайвом2 пятьдесят
лет назад, исходя из военных целей. Теперь майдан использовался англичанами и калькуттской знатью
для развлечений, утренней верховой езды и прогулок прохладными вечерами. Заклинатели змей и
фокусники развлекали прохожих, здесь же проводились праздники и играли в крикет, а обезьянки
карабкались по банановым деревьям. Но в то незабываемое раннее утро народу на майдане было мало.
Сезон дождей еще не закончился.
Эмма натянула поводья и остановилась, поджидая брата. Солнце уже припекало, и тонкая
струйка пота потекла у нее между лопаток. Позже, как обычно в это время года, температура понизится
и начнется ливень. По высохшим дорогам потекут ручьи, образуя лужи. С деревьев будет капать,
канавы переполнятся, а обычно медленная река Хугли выйдет из берегов, как уже бывало много раз.
Но Эмма и Тедди привыкли к этому. Их волновала не погода, которая была предсказуема, а
долгое отсутствие отца. Майор Эдуард Монтфорест участвовал в боевой операции против гурков3,
нападавших на индийские земли с холмов Непала.
– В том месте невозможно развернуть военные действия. – Тедди, как и многие из тех, с кем он
учился в колледже, живо обсуждал военную операцию. – Там одни голые скалы, ущелья и бурлящие
потоки. Туда практически невозможно подтянуть боеприпасы и орудия, зная, что за каждым камнем
наверняка укрылся меткий стрелок.
– Хорошо, что тебя не слышит полковник. Твои слова равноценны измене, – усмехнулась Эмма.
