– Говори, что ты делаешь. Где мы едем. Говори, Иншалла!
Человек с совиными глазами знал, что говорить – каждое упоминание Аллаха бросало любого офицера, прошедшего Афганистан в дрожь.
– Едем по центральной аллее. Что вы делаете, вам все равно не уйти. Это крупнейшая военная база США.
– Аллах свидетель, мой путь на небеса, неверный. Что ты видишь впереди, говори.
– Бронетранспортер… послушайте, мы так не договаривались. Вы хоть понимаете, что с вами сделают, если вы.
– Мой путь – путь Аллаха, неверный.
– Эль гуисо, знаешь, что такое? Человека связывают и заталкивают в бочку и…
Сзади что-то пронзительно запищало, и полковник едва не выпрыгнул из машины, чтобы бежать. Хотя с поясом шахида… не убежишь.
– Вы слабые, неверный… даже в своей силе вы слабые, иншалла. Мне все равно, что случится со мной. Чтоб со мной не случилось, мне – рай. А вот вам – не все равно, что случится с вами. Именно поэтому мы – сильнее вас…
– Прошли. Мать твою, прошли! Пресвятая дева Мария, прошли!
– Хватит болтать… – раздалось с заднего сидения – готовность!
У них была готова военная форма, даже про повязки MP – военная полиция – они не забыли. Среди мексиканских бандитов – было модно отслужить в армии США[57], такие, прошедшие ад Афганистана очень ценились на свободном рынке боевиков и наемников. Так что консультантов хватало, среди боевиков было двое бывших военных, в том числе один из тех, кто служил именно здесь, на этой базе. Он сидел за рулем Эконолайна.
Магазин в автомат… в отличие от Калашникова тут с магазином могут быть проблемы, надо хлопнуть рукой, чтобы убедиться, что он встал правильно. Сделать суровую рожу … они в конце концов, гринго – военные, твою мать, не просто так, шпана.
– Долго еще ехать? Мне осточертело тут жариться.
– Заткнись…
Машина ехала медленно.
– Э, брат, какого хрена. Тапку в пол! Мы так за час не доедем.
– Сказал, глохни.
– Заткнитесь, а! Тут ограничение скорости, если втопить – через десять минут будешь базарить с военной полицией. Тебе это надо нахрен?
– Ладно, заткнулись все. Что с камерой?
– Здесь, хефе.
– Как войдем, снимай все время, понял?
– Понял.
– Если что-то пойдет не так, я тебе член нахрен отрежу. Кастратом будешь, понял?
– Да понял я.
– Мигель, остаешься у машины. Никуда не отходи…
– Эй, куда это мы?
– Заткнитесь. Поворачиваем.
– Блин…
– Что за…
Машина внезапно пошла… как то не так.
– Какого?!
Хлесткий удар бампером – машину повело, но она выровнялась.
– Твою мать! Тревога!
Щелчок, удар по стеклу, еще один. Это – как яйцо вареное со всего размаху об стену, только намного громче.
– Они слева! Слева!
Еще один щелчок. В лобовом стекле появилась аккуратная, круглая дырка с расходящейся от нее паутиной трещин. Водитель дернулся и обмяк за рулем, поддерживаемый ремнем безопасности. На стекло брызнуло красным, машина теряла ход, но все еще шла.
– Снайпер!
