Добив пулеметную ленту в фермерский Форд – его и так обстреливали, аж искры летели, все колеса уже были спущены – сержант Нолан схватил лежащий рядом карабин и пробил из подствольника. Попал – не попал, в ответ раздалась длинная, громовая очередь из АК, много выше. В ответ – нацгвардейцы открыли стрельбу. Если бы с ним были прошедшие Кандагар морские пехотинцы – он бы рванул вперед, сокращая дистанцию, пока это возможно. Укрылся бы за расстрелянным пикапом и пробил бы по свалившим ублюдкам с дороги, сверху вниз, почти с идеальной позиции. Но тут – он был уверен, что во время перебежки к пикапу его пристрелять свои же.
– Прекратить огонь! Прекратить огонь!
Огонь прекратили далеко не сразу, только после того, как самые ретивые добили свои магазины…
– Не стрелять! Не стрелять!
Он побежал через дорогу к Форду, на ходу перезаряжая гранатомет.
Пикап – удалялся по полю, подпрыгивая на неровностях. В кузове – торчали автоматчики, он высунулся из-за пикапа и они открыли огонь.
Прикинув дальность, он выстрелил из подствольника, и в кузове пикапа сверкнула неяркая, блеклая вспышка. Автоматчики моментально прекратили огонь, пикап прокатился еще какое-то время и остановился…
Один из мексиканцев остался жив. Это очень просто – стрелять по движущейся машине. Гораздо сложнее – смотреть в глаза человеку, которого ты ранил. Даже если знаешь, что творил этот человек. А они – еще этого не видели. Это были простые американцы. Которые пошли в Национальную гвардию из-за льгот по налогообложению и небольших по нынешним временам выплат. Они никак не думали – что им придется убивать на своей земле.
Сержант не хотел ничего спрашивать у этого ублюдка, тем более – в любой момент могли появиться другие. Он был одним из тех, кто сжег его брата заживо, и этого было достаточно. И у него было оружие. В том числе и трофейное – дробовик.
Этот дробовик – сержант протянул Карлу Пеку, лейтенанту среди гвардейцев. Национальные гвардейцы смотрели на них, готовые прыгнуть в укрытия. Со стороны Даунтауна – отчетливо тянуло гарью.
– Этот парень нам не нужен.
Пек взял ружье.
– И что?
– Мы стоим на виду. Покончите с этим, сэр, и будете ждать следующих.
– Сержант, это военное преступление.
– Это не военное преступление, мать вашу. Это враг, пришедший на американскую землю.
– Черт, это просто подросток, сержант! Ему столько же лет, сколько моему…
– И моему брату, сэр! Они сожгли его в бочке живьем! То же самое они сделают с вашим сыном, доведись ему попасть в их руки!
Карл Пек бросил ружье на землю, оно противно звякнуло. Его лицо, красное, широкое, было искажено гримасой гнева, который он не знал, куда приложить.
– Черт вас возьми, я этого не сделаю! Санитар, окажите ему помощь!
Сержант достал пистолет и выстрелил…
– Чистоплюй поганый. Мы или они.
И пошел прочь.
– Ах ты…
Пек догнал сержанта в два шага, но ударить не сумел. Кулак улетел в пустоту – а потом – в пустоту провалился он сам. Больно хрястнулся об асфальт, так что аж дух заложило…
– Контакт! – крикнул кто-то.
Это оказались не мексиканцы. Хотя в пылу драки – кто-то и выстрелил по ним, к счастью без последствий. Это был внедорожник Шеви Аваланш, единственный на американском рынке, у которого можно открыть из салона прямой проход в багажный отсек и убрать перегородку между ними. Он был построен на шасси Шеви Субурбан, тогда как все пикапы его класса делались на специальных тяжелых рамах. Это делало его очень удобным для конвойной службы и в Ираке таких встречалось немало. На этом – не было пулемета, который в Ираке обычно ставили на крышу кабины.
Машина свернула к ним с дороги под прицелом десятка стволов. Кто-то выставил в окно белую рубашку на палке.
– Не стрелять! Не стрелять!
Сам сержант – встал на колено, держа кабину под прицелом своей винтовки и понимая, что водитель сейчас, проезжая дальше делает очень хитрую вещь. Он делает так, что он сержант Грегори Нолан – оказывается между автомобилем и стрелками в здании закусочной. На линии огня. И тем самым – делает все винтовки в здании бесполезными. Вот только он не знает, что в здании новички и случись чего – собственный сержант на линии огня кое-кого из горячих голов не остановит.
Нолан дал одиночный выстрел перед капотом Аваланша – и машина остановилась…
С переднего сидения – выбрался бородатый парень в тактической униформе, правда гражданской, не армейского образца. Автомат Калашникова со складным прикладом – он держал так, как держат в Ираке контрактники – на боку, на одноточечном ремне.
– Мир, парень! – сказал он, держа в руках черенок от лопаты с рубашкой.
– Ты кто? Опознай себя!
– Кев Баттлер. Я работал в провинции Дияла.
– С кем?
– Аарон Митчелл. Главный у нас. Главный старшина ВМФ в отставке.
Про Митчелла сержант знал. Точнее – слышал.
– Пусть все выйдут из машины. Руки держать подальше от оружия.
Из машины вышли еще двое. У одного автомат, у другого – полуавтоматический полицейский Ремингтон и нашивки полицейского.
– К стене. Вон туда!
