В книге рассказывается о житии и подвигах величайшего подвижника Земли Русской святого преподобного Серафима Саровского. Печатается по изданию 1903 г.
Родина преподобного Серафима – один из древних русских городов – Курск. Родители святого подвижника Исидор и Агафия Мошнины принадлежали к купеческому сословию и пользовались большим уважением со стороны горожан.
19 июля 1759 года в этой благочестивой семье родился сын Прохор. Так назывался в мире прославляемый ныне угодник Божий.
Отец Прохора имел кирпичные заводы и брал на себя постройку различных каменных зданий. Под конец своей жизни он принялся за построение нового величественного храма в Курске (ныне Казанско-Богородицкий кафедральный собор), но не успел окончить этого дела. Едва была приготовлена нижняя церковь во имя преподобного Сергия, как смерть застигла строителя.
Трехлетний Прохор остался на руках скорбной матери. Агафия продолжала руководить дальнейшими работами по устроению храма и в то же время ревностно заботилась о воспитании своего малолетнего сына. Мудрая, набожная, полная глубокого сострадания ко всем сирым, бедствующим, она старалась укрепить эти свойства и в нежной, впечатлительной душе Прохора.
Господь с раннего детства окружил особенным попечением жизнь Своего избранника. Один раз, когда Прохору было семь лет, мать, осматривая работы, взяла его с собой на самый верх строившейся в то время колокольни нового храма. Живой, резвый мальчик вдруг свалился оттуда на землю. В ужасе сбежала Агафия с колокольни. Она была уверена, что найдет своего сына разбившимся, бездыханным; но вот Прохор цел, невредим и благополучно стоит на ногах. В горячей слезной молитве Агафия принесла благодарение Господу за чудесное спасение отрока.
Прошло после того три года. Прохора начали учить грамоте. Охотно взялся он за дело и глубоко радовал мать своими быстрыми успехами, а еще более – смирением и кротостью. Скоро, однако, ученье пришлось приостановить: мальчик тяжело заболел. В самый разгар болезни, когда угасла уже всякая надежда на поправление, чудесное видение посетило Прохора: явилась ему во сне Богоматерь и обещала прийти и исцелить его от болезни. Так и случилось. Вскоре после видения, по улице, где находился дом Мошниных, несли древнюю чудотворную икону Знамения Божией Матери. Надобно было перейти на другую улицу. Между тем поднялся сильный ливень. Тогда, чтобы сократить путь и избежать грязи, крестный ход направился через двор Мошниных. Агафия вынесла на двор больного сына; он приложился к чудотворному образу, который потом пронесли над ним. После того Прохор стал быстро поправляться и скоро совсем выздоровел.
Прерванные болезнью занятия продолжались с прежним успехом. Отрок изучил часослов, псалтирь, научился писать и всей душой возлюбил чтение Слова Божия и духовных, назидательных книг. У Мошниных была своя лавка, в которой торговал старший брат Прохора – Алексей. Стали приучать к торговле и Прохора, но сердце его не лежало к этому делу. Его влекли к себе иные сокровища – небесные, негибнущие. Ранним утром вставал он и спешил ежедневно в храм Божий, а праздничный досуг посвящал чтению душеспасительных книг. В душе Прохора зародилось стремление к жизни вдали от мира, среди лишений и подвигов. Чуткое материнское сердце Агафии проникло в эту настроенность сына. Она радовалась благочестию Прохора и в то же время невольно тревожилась при мысли о том, что-то будет с ним дальше. Но вот Прохор стал говорить о монастыре. Бережно, осторожно выведывал он мысли матери. Благочестивая Агафия выразила готовность отпустить сына. Желанный путь иночества теперь открыт был для юноши, но, прежде чем окончательно стать на него, Прохор хотел испросить себе благословение от тех, которые сами прошли этим путем и стяжали на нем вечную, небесную славу. С этой целью собрался он в Киев, откуда пошло русское монашество, где покоятся священные останки его первоначальников и многих других подвижников.
Настала трогательная минута прощания с матерью. Домашние, собравшись вместе, по русскому обычаю, посидели немного, а потом встали и помолились Богу об отправляющемся в дорогу. Прохор поклонился матери в ноги и просил ее родительского благословения. Агафия, обливаясь слезами, дала приложиться сыну к иконам Спасителя, Богоматери и благословила его литым медным крестом, которым Прохор дорожил, как великой, заветной святыней, с которым не расставался потом во всю свою жизнь до самой кончины.
Возложив теперь на грудь этот крест и взяв в руки дорожный посох, восторженный, благочестивый юноша отправился к Киев. Прибыв сюда, он усердно молился у мощей преподобных Антония, Феодосия и других угодников Божиих и просил их благословить его намерение и укрепить его на избранном им пути жизни.
