Прерванные - 1 полностью

— Это потому, что твоя п*изда не оттрахана должным образом. Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя?

— Пожалуй, да.

— Нет.

Я вешаю трубку и возвращаюсь к работе, но никак не могу сосредоточиться. Она добралась до меня. И я, на хрен, позволяю ей делать это. Странные эмоции заполняют мою голову. Это не должно случиться сейчас.

Я смотрю на отражение в зеркале, и брызгаю холодной водой себе в лицо. Мои темные волосы спадают на мои глаза. Провожу рукой по волосам и делаю несколько глубоких вздохов. Прогуливаясь по своему офису, я думаю о разговорах между мной и Камиллой. Жесткие правила и порядок - вот, к чему я привык. А это какая-то злая шутка, которая нарушает, на хрен, мои планы. Единственные, кому я обычно показываю эмоции – это моя мама и Грейсон. Когда я на работе, то эмоции связаны только с бизнесом. Конечно, я ору, когда мои сотрудники творят дерьмо, которое мне потом приходится разгребать. Я редко улыбаюсь за территорией дома, но разговоры с Камиллой, заставляют меня снова чувствовать и улыбаться. Я, бл*дь, снова чувствую, и это дерьмо пугает меня.

Камилла отправляла мне сообщения несколько раз, но я игнорирую ее. Мне нужно очистить мой разум. Мне необходимо пространство чтобы осмыслить то, что происходит с нами, после всех этих разговоров. Я не могу позволить себя чувствовать что-либо по отношению к женщине. Все женщины лгут. Они гребанные лгуньи, и мне никто не нужен в моей жизни. Она не то, что я хочу. Она не то, что я хочу.

Но она то, что я хочу.

— ЧТО!?

Нет ответа. Я смотрю на телефон и вижу, что звонок был отклонен.

— Твою мать.

Отправляю сообщение.

Я: Я просто хотела поговорить!

Я: Ты всегда так отрицательно настроен?

Я: Научись быть позитивным.

Шарп: В чем, бл*дь, твоя проблема?

Я: Жизнь…

Шарп: Жизнь это не сказочка при то, что жили долго и счастливо. Это грязное и мерзкое оправдание существования.

И он прав. Это и есть жизнь. Почему же я тогда должна оставаться на тех же позициях? Если Генри может делать все, что он хочет, и трахать все, что он хочет, значит, и я тоже могу. Я могу, и я буду. Я хочу Шарпа в моей постели, трахающего меня, владеющего мной, подчиняющего меня.

• • •

— Бурная ночка?- спрашивает меня Натали и вручает чашку кофе, присаживаясь на мой стол. Кофе – это то, что мне сейчас необходимо.

— Может я выпила, а может и не выпила немного мартини.

— Где, черт возьми, мой текст?

Прежде, чем я успеваю ответить, раздается звонок на моем телефоне. Гляжу на номер и нахмуриваюсь. Интересно, зачем она звонит мне.

— Сюзанна?

— Боже мой, тебе надо поторопиться и приехать в больницу!

— Зачем?

Я вскакиваю со стула, хватаю свой кошелек, и вылетаю из кабинета. Натали идет позади меня.

— Что случилось? – спрашиваю я.

— Генри. Его избили, - плачет она.

Я оборачиваюсь к Натали и мои глаза широко распахнуты.

— Генри в больнице

— Давай я отвезу тебя.

До больницы мы едем в полной тишине. Я не знаю, что делать, и я не способна сейчас разумно мыслить. Как это могло произойти? Я наклоняю голову к окну. Не знаю, должна ли я позвонить Шарпу? Мне кажется, не следует ничего ему рассказывать. Каждый раз, когда он слышит имя Генри, сразу расстраивается, и я понятия не имею, почему.

Натали заезжает на стоянку, и мы влетаем внутрь. Я уточняю, в какой палате находится Генри, и после объяснения, где его можно найти, мы идем к нему. Я бросаюсь внутрь палаты и застываю у входа. Генри сидит на кровати и все его лицо покрыто синяками. Его руки в крови, а один глаз заплыл, кровь застыла вокруг его рта и носа. В раковине валяются красные от крови полотенца. Моя рука прикрывает рот, и я не знаю, что сказать.

— Нет,- говорит он, — Убирайся.

Его голос такой низкий. Мартин встает и осторожно выводит меня из палаты.

— Мне очень жаль, но ты должна уйти.

— Мартин? Почему?

— Пожалуйста, просто уйди прежде, чем все станет еще хуже.

Я подхожу к Натали, которая ведет меня по коридору. Я не понимаю, что я чувствую. Я знаю, что я и Генри уже не вместе, но почему он прогнал меня. Внезапное чувство одиночества обрушивается на меня и начинает душить. Я закрываю глаза, надеясь, что я всего лишь сплю. Когда я открываю их, то мы уже находимся за территорией больницы.

Мне нужно время, чтобы побыть одной. Мне нужно время, чтобы разобраться со своей жизнью.

• • •

На следующий день мой адвокат звонит и сообщает, что уже через несколько дней я стану свободной Кэм Эллисон. Я спрашиваю его о запланированной встрече с адвокатами Генри, но он отвечает мне, что уже ничего не нужно, адвокаты сами решат все вопросы, и нет никаких причин для наших встреч с Генри. У нас есть предложения от его адвокатов, касающееся дома, и мы готовы его принять. Нет никакого смысла пытаться получить больше денег.