Очередь двигалась довольно медленно, и я стал разглядывать помещение. И увидел одну интересную штуку. Мое внимание привлек небольшой стенд у боковой стены недалеко от входа, который назывался "Обязательный ассортимент". За стеклом были выставлены продукты, которые, судя по названию выставки, должны были включаться в каждодневное меню. Здесь были вазы с заморскими фруктами и овощами в натуральном виде, графины с соками и молоком, на блюде возлежала аппетитная куриная нога, рядом плавал в масле антрекот, как будто только выловленные из кастрюли блестели на свету круглые желтые картофелины, а где-то посередине красовались нарезанные куски пышного белого хлеба. Похоже, что все это было муляжами, причем выполненными с таким мастерством, что ему позавидовал бы заезжий скульптор. Все продукты были как настоящие, но пожалуй, если бы они были настоящими, их давно бы съели.
Пока я разглядывал выставленные образцы, надеясь, что получу сейчас на завтрак что-нибудь из этой коллекции, подошла моя очередь, и я возник у окошка раздачи. В нем торчала толстая откормленная тетка, которая и раздавала завтрак.
- Жрите, уроды, добавки все равно не будет! - ласково приговаривала она и доброжелательно улыбалась, сверкая золотым зубом.
Она навалила в миску кашу темно-серого цвета непонятного происхождения, которая издавала явственный запах картофельных очисток, и протянула мне. Я взял миску в руки и потянул носом.
- Это что, можно есть? - уточнил я. Кто ее знает, может, она дала мне это затем, чтобы отнести в мусорный бак.
- Если не хочешь, давай обратно! - предложила она и потянулась за моей миской.
- Ладно, сойдет и это! - сказал я. - Я так голоден, что сожру и столярный клей.
Я понял, что куриной ноги не дождусь, и отошел.
Больные, стоявшие за мной, тоже брали миски с кашей, отходили и садились за столики. Голодные глаза из очереди следили за каждой миской, словно проверяя, не получил ли кто-нибудь добавки. Я оглядел столовую и увидел столик с моими однопалаточниками. Радостно направился прямо к ним и пристроился на уголке стола. Они уже вовсю наворачивали кашу, радостно чавкая и причмокивая. Она им, видно, жутко нравилась. В отличие от меня.
Я взглянул на витрину с продуктами, проглотил подкатившую к горлу слюну и потянулся за ложкой. Зачерпнул один комок, проглотил, почувствовал где-то внутри позыв к тошноте и больше мучить себя не стал. Нет, о такой пытке я с врачом не договаривался. Хотя, если бы это помогло мне восстановить память, я бы не только свою порцию съел, но еще и побежал за добавкой. Хотя тетка сказала, что за добавкой можно не приходить. И я решительно отодвинул кашу в сторону.
Адмирал первым заметил мою миску, полную каши, потому что уже давно умял свою порцию и следил за тем, что происходит в мисках соседей.
- Скажите, коллега, вы что, оставили это себе на обед? - спросил он у меня.
- Нет, я вообще не могу это есть, - я пожал плечами. Хотел сказать ему, что меня от этой каши воротит, но не стал, вовремя сообразив, что меня неправильно поймут. - Что-то пропал аппетит. Недавно, знаете ли, был на одном дне рождения, я там так налопался, до сих пор все наружу лезет. Так что если хотите, можете ее использовать в качестве добавки.
- Премного вам благодарен! - оживился адмирал и потянулся за моей миской, радостно облизывая свою ложку.
Но тут вдруг обнаружилось еще несколько претендентов на мою кашу.
Директор как раз в этот момент закончил разбираться со своей порцией, оставив от нее одно воспоминание, и тоже ухватился за край моей миски.
- А я предлагаю поделить все поровну! - заявил он. - Пускай каждый получит еще по ложке! Давайте сюда эту миску, я сейчас буду делить.
Он потащил миску на себя, нацелившись на нее ложкой.
Но чистюля его опередил, ухватил за свой край миски, и она поползла совсем на другой угол.
- Знаю я, как вы делите! - заявил он. - Отхватите себе львиную долю, а мы останемся голодными! Лучше давайте установим очередь. Я сегодня съедаю его кашу, вы завтра, а адмирал когда-нибудь потом. Ведь вы каждый раз будете от нее отказываться, не так ли?
Это он спросил меня. Я согласно кивнул. Эта самая каша, которая стала предметом такого раздора, была мне настолько отвратительна, что я не собирался ее есть ни завтра, ни послезавтра, ни вообще в ближайшем будущем. Хотя, если я тут прокантуюсь с месячишко, не только буду ее лопать, но еще и бегать за добавкой.
- Вот видите! - радостно крикнул чистюля и потянул миску на себя. - Я же говорил!
Все трое стали рвать мою миску друг у друга из рук, и чистюля даже дал директору ложкой по лбу. Тот ответил чистюле увесистым подзатыльником. Адмирал не остался в стороне и навешал обоим.
