2. (При использовании за пределами США и Великобритании.) Найдите, проверьте и испытайте местный источник тока. Используйте для этого измерительные приборы, находящиеся в специальном контейнере № 4.5.1, и определите вид тока, напряжение и частоту. Регулировка режима главного трансформатора описана в п. 15.
3. При сборке аппарата проверяйте надежность местного электроснабжения. Запрещается использовать аппарат при отклонении ± 25 В.
4. При обращении с компонентами всегда надевайте защитные перчатки, находящиеся в специальном контейнере № 3.19.1 (запасная пара в № 3.19.2).
И так далее, подробнейшие инструкции по сборке. (Впоследствии мне сделали копию, которую я храню дома.) На последнем листе стояла подпись «Ф. К. Э.».
Под крышкой второго ящика я нашла аналогичный список инструкций по безопасному демонтажу и разборке аппарата, а также по правильной упаковке компонентов в соответствующие контейнеры.
Именно тогда я начала понимать, что за человек был мой прадед. Я имею в виду сущность его занятий, размах дарования, масштабы достижений. До этого он был для меня просто «предок», дедушка, чьи вещи остались храниться в доме. Теперь я впервые осознала его как личность. Эти ящики с тщательно расписанными инструкциями принадлежали ему, да и сами инструкции были написаны им самим или, что еще вероятнее, для него. Я долго стояла неподвижно, воображая, как он со своими помощниками быстро распаковывает аппарат, чтобы успеть собрать его к первому представлению. Почти ничего о нем не зная, я все же составила определенное мнение о его занятиях и в некоторой степени – о его отношении к делу.
(В том же году, но позднее, я разобрала все его вещи, и это тоже помогло мне ощутить его натуру. В бывшем его кабинете хранилась масса подшитых в папки бумаг: корреспонденция, счета, журналы, бланки заказов, дорожные документы, афиши, театральные программы. В этих папках была отражена значительная часть его жизни, но ведь еще кое-что хранилось в подвале, а именно сценические костюмы и реквизит. Большинство костюмов истлело от времени, их пришлось выбросить, зато все оборудование для фокусов было исправно или легко восстановимо, и, поскольку мне нужны были деньги, я продала лучшие экземпляры коллекционерам. Я также избавилась от его собрания книг по магии. От заезжих покупателей я узнала, что материалы Руперта Энджера если и представляют некоторую ценность, то лишь в денежном отношении. С профессиональной же точки зрения они могут вызвать разве что любопытство. Великий Дантон выполнял преимущественно трюки бытового характера, которыми нынче не удивишь ни специалистов, ни коллекционеров. Электроаппарат я не продала; он до сих пор стоит в упакованном виде у меня в подвале.)
Каким-то незапланированным образом этот спуск в подвал положил конец моим детским страхам. Наверно, за прошедшие с того времени годы я просто повзрослела, а может, причина в том, что в отсутствие родни я, по сути, превратилась в главу дома. Как бы то ни было, заперев за собой старую коричневую дверь, я сбросила какую-то тяжесть, что прежде отравляла мне жизнь.
Однако этого оказалось недостаточно. Как мне думалось, ничто не может оправдать моего присутствия при жестоком детоубийстве, тем более что убийцей был мой родной отец.
Тайна эта, как червь – яблоко, подтачивает мою жизнь, косвенно воздействуя на все мои поступки, порождает всяческие комплексы и затрудняет общение. Я отрезана от мира. Редко завожу новые знакомства, не нуждаюсь в поклонниках, не стремлюсь делать карьеру. С тех пор как Розали вышла замуж и уехала, я живу здесь одна и, подобно моим родителям, ощущаю себя заложницей тех событий.
Я хочу отгородиться от безумия, привнесенного в нашу семью старинной враждой, но с возрастом укрепляюсь в своем намерении во что бы то ни стало узнать правду. Я не смогу жить дальше, пока не дознаюсь, как и почему погиб Ники Борден.
Смерть его не дает мне покоя. Это наваждение не отпустит меня до тех пор, пока я не выясню, что это был за ребенок и что именно произошло с ним в ту ночь. Исследуя прошлое своей семьи, я неизбежно узнавала что-то новое и о семье Борденов. Я разыскала тебя, Эндрю, по той причине, что мы с тобой, как мне кажется, составляем ключ к разгадке: ты единственный оставшийся Борден, а я фактически единственная представительница рода Энджеров.
Вопреки всякой логике, я знаю, что Ники Борден – это был ты, Эндрю, и каким-то чудом ты пережил это испытание.
