Иван еще со времен правления государя Петра Алексеевича, царствие ему небесное, зарекся связываться с кровососами. Вроде и смотрят тебе в лицо участливо, улыбаются, руку жмут, а потом так нагадят, что только успевай ноги уносить. Лживые твари, гнилые. Так что кабы не крайняя нужда, к Арману вожак на перелет стрелы бы не подошел.
Его стая жила в окрестностях города вот уже второе столетие, и за прошедшее время выросла до сотни голов. Гражданская война никак не повлияла на быт общины, разве что позволила создать отдельное поселение на отшибе, без людского пригляда. Благодаря этому, когда грянула коллективизация, Иван, раскинув камни, мигом назначил себя председателем новосозданного колхоза, что и позволило пережить лихую годину. Стая выдержала правление царя Иосифа, укрепив репутацию вожака и давая обильную пищу для сплетен окрестным деревням.
Как жить дальше, Иван не знал. Пока что не знал. Оборотней становилось слишком много, самцы все чаще дрались между собой, и скрываться от людских властей становилось все труднее. Делить стаю не хотелось, вместе жить веселее и сытнее. Искать другое место, уходить за Камень[1]? Тоже не выход, пришлые всегда на виду, да и не охота покидать обжитое место. Значит, нужна магия, заметать оставленные по дурости или случайности следы, потому как одних денег недостаточно. Обязательно найдется какой-либо бескорыстный энтузиаст, который за одну только голую любовь к истине вытянет на свет все тайны стаи. Еще не худо бы иметь связи среди властей, ну с этим попроще. Охотиться все начальники любят.
Раньше помогал Чибисов, в тех случаях, когда ритуальная магия оборотней не помогала. Однако месяц назад маг уехал, укатил вместе со своим мальчикодевочкой, а другим городским колдунам Иван не доверял. Либо слабоваты по той части, что нужны стае, фуфлогоны, либо слишком деньгу любят. Следовало подстраховаться и переговорить с Арманом. Тем более, время поджимало.
— Итак, ты просишь помочь убедить следователя в невиновности члена твоей стаи, — упырь сложил пальцы домиком и поверх них посмотрел на вожака. — И хочешь, чтобы я и в дальнейшем решал проблемы подобного рода. Взамен предлагаешь силовую поддержку и обязуешься избавить меня от внимания со стороны мелких криминальных авторитетов. Я все правильно изложил?
— Угу, — кивнул Иван. — Все верно. Дети Волка мозги туманить не умеют, а на тебя соседние мастера наезжают. Ты мне поможешь, я тебе.
— Интересное предложение. Необычное, я бы сказал. Обычно вы предпочитаете искать поддержку в других местах и не связываетесь с детьми ночи.
— Да потому, что не знаешь, чего от вас ждать. Вот сам посмотри. Когда эта перестройка началась, почти каждую неделю какие-то новые лихие люди приходили, "крышу" предлагали. Мы их мигом отвадили, до сих пор связываться боятся. А ты зачем-то деньги жандармам платил. Нафига?
— Иван, ты до сих пор проходишь в милицейских сводках как глава организованной преступной группировки. И до тех пор, пока ты новой биографией не обзаведешься, за тобой будут следить. То же самое относится и ко всей твоей стае. А обо мне никто не знает, я простой бизнесмен, каких много.
— Вот о том я и говорю. Хитрые вы очень. Потому и не знаешь, стоит с вами дела иметь, али нет.
— Да, действительно, — улыбнулся Арман. — Ну хорошо. Давай, для начала, попробуем оказать друг другу пару услуг, а дальше видно будет. Избавь меня от Лехи Сивого, а я разберусь с твоим делом. Кстати, у вас же есть свои люди во властных органах, почему ты не хочешь действовать через них?
— Да тот сопляк, которого Мирослав прибил, оказался сыном какой-то шишки. Как слышат фамилию пострадавшего, даже деньги брать не хотят, а меня из кабинета выпроваживают.
Следующая встреча произошла через день, по более серьезному поводу. Обе стороны остались довольны результатом предыдущей встречи и намеревались продолжить взаимовыгодные отношения. Медленно, с опаской, оба хищника искали способ не просто поделить территорию, но и вместе защитить ее от посторонних набегов. В данном случае речь шла о набившей оскомину Гильдии охотников. Если быть точным, об одном ее слишком ретивом члене.
— Представляешь, эта сука заперла моего щенка в клетке. Ублюдок требовал отдать ему список с именами наших людей в мэрии.
— Сочувствую твоему горю. Мой птенец тоже пострадал не далее как вчера. Его вынесли на солнце. Теперь мальчик лечит ожоги.
Кирилл Милославский взял слишком резвый старт, и его требовалось осадить. Оба вожака стремились защитить свой молодняк — оборотень в силу инстинктивной привязанности к малышам, вампир… О чем думал вампир, сказать было сложно. Вячеслав стал третьим по счету птенцом Армана, что утвердило его позиции как мастера города. Кроме того, кровососущая община в городе включала в себя всего шестерых немертвых, так что угроза любому ее члену тревожила Армана. Как он в действительности относился к младшему птенцу, знал только он сам.
— Свернуть ему шею, да и все дела, — Иван уже не говорил, а рычал.
