– Мы ведь сказали вам, кто мы, – произнесла Мегги и вдруг села. Ее умное бледное лицо чуть покраснело, а миндалевидные глаза уставились на старуху. – Мы гости, но нас запер мистер Долиш, который, судя по всему, правит в доме бал с тех пор, как у полковника Кумба случился сердечный приступ.
Старуха навострила уши:
– Приступ? Это они так сказали, да? Ох, адский огонь для них уже разведен, сгорят они дотла… Я знаю, что это был не приступ. Это было убийство, воистину убийство. Жизнь за жизнь, око за око, зуб за зуб – вот закон мироздания, и для них он исполнится.
– Убийство? Откуда вы знаете, что это было убийство? – спешно спросил Эббершоу. Фанатические пророчества действовали ему на нервы.
В черных глазках-бусинах снова мелькнула хитрость. Миссис Мид глядела на Эббершоу с сомнением, но ей слишком хотелось рассказать свою историю, чтобы обращать внимание на какие-то подозрения.
– Дело было в пятницу вечером, – сказала она. Голос ее стал доверительным и монотонным. – После того как подали ужин, миссис Браунинг, экономка, отправила меня наверх присмотреть за каминами. Я не пробыла там и десяти минут, как вдруг почувствовала себя нехорошо. – Миссис Мид с вызовом посмотрела на Эббершоу с Мегги. – Я не прикасаюсь к спиртному, так и знайте, – сказала она и снова замялась.
Эббершоу не понимал, что происходит, а вот в Мегги явно проснулась интуиция, появившаяся после долгих лет работы с людьми вроде миссис Мид.
– Но вам явно нездоровилось, и вы искали что-нибудь, что могло бы улучшить ваше самочувствие, верно? – спросила она. – Ну конечно. Что же в этом дурного?
Все сомнения исчезли с лица миссис Мид.
– Верно, – ответила она. – А что еще мне было делать?
– Так как же вы поступили? – ободряюще спросила Мегги.
– А как еще надо было поступить? – Старуха явно не гнушалась риторическими вопросами. – О, я помню: в кабинете полковника – это рядом с его спальней – был небольшой шкафчик за ширмой у окна, где он хранил немножечко шотландского виски. Виски неплохо проясняет голову и успокаивает желудок… Так вот, находясь в спальне полковника, я почувствовала головокружение и пошла в его кабинет. Как только я плеснула себе виски, раздались голоса и вошли немецкий джентльмен, его друг мистер Гидеон и доктор Уитби. – Она снова замолчала и посмотрела на Мегги. – Я старалась не шуметь, – сказала старуха, – чтобы меня не обнаружили в потемках там, где мне не следовало находиться.
Мегги понимающе кивнула, и миссис Мид продолжила:
– Поэтому я просто осталась, где была: за ширмой. Мистер Гидеон принес лампу и поставил ее на стол. Все были очень взволнованы, и, как только доктор Уитби заговорил, я смекнула: что-то не так. «Такая возможность, – сказал он. – Пока гости играют с кинжалом, он не двинется с места. У нас есть по крайней мере пятнадцать минут». Затем заговорил немецкий джентльмен, очень резко: «Ну же! Где он их хранит?» – Миссис Мид помолчала, черные глазки-бусинки многозначительно сверкали. – Представьте, в каком я оказалась положении, стоя там с бутылкой в руке, – сказала она. – Но в следующий момент доктор Уитби успокоил меня, сказав: «В потайном ящике позади стола». Я выглянула из-за ширмы и увидела, как те возятся возле письменного стола. – Она пристально зыркнула на Мегги сияющим глазом. – Мне было не по себе. Не будь при мне бутылки, я бы вышла из-за ширмы, ничего не опасаясь, но все сложилось так, что я была вынуждена стоять и подслушивать. Ибо я сказала себе: «Смирением своим мы служим Господу» – и осознала, что не на меня падет его справедливый гнев. – Ее ханжество было настолько возвышенным, что едва ли не зачаровало слушателей. – Я видела, как они вскрыли ящик, а затем раздалась такая брань, что мне стало неловко. «Ничего нет», – сказал мистер Гидеон, а доктор Уитби застонал, как кретин. «Он всегда держал их здесь!» – повторял он снова и снова. Тогда немец – о, я уверена, его ждут вечные муки в адском пламени, в то время как я буду у престола Агнца Божьего, – страшно разозлился. «Довольно строить из себя идиотов! – сказал он так громко, что я чуть не вскрикнула и не выдала себя. – Пойдите и приведите его. Приведите его сюда. Хватит с меня игр».
Миссис Мид умолкла, чтобы перевести дух.
