– Его звали Гаральд, и он уехал через неделю, потому что возненавидел эту школу.
– Но ведь Сент-Дэвид – такая хорошая школа! Там учились и я, и Перегрин, и твой дедушка… Это традиция. Там лучшие ученики, и они поступают в самые лучшие университеты.
Ноа вздохнул.
– Папа, можно я всё-таки буду ходить в другую школу? Например, в Хершельскую?
Лорд Б. был шокирован. Мама уронила очки на пол.
– Но это же моя школа, – медленно произнесла я. – Ты хочешь ходить в мою школу? Она совсем не похожа на Сент-Дэвид.
– Вот именно, – сказал Ноа. – Пожалуйста, папа! Я просто хочу завести друзей, самых обыкновенных. Которые занимаются самыми обыкновенными делами. В Сент-Дэвиде обыкновенных нет. У всех родители или в парламенте, или в Южной Америке. Никто не общается просто так, как Вив со своими друзьями.
– Даже не знаю, – сказал лорд Б., глядя на маму, как будто она могла предложить решение. – Ни один Белкум никогда не ходил в такую школу.
Мама подтолкнула меня локтем.
Я посмотрела на неё.
Она прошептала:
– Ну же, Вив.
Секунду я колебалась. Ноа? В Хершельской школе? Потом я подумала обо всех тех, кто туда ходит, – о самых разных людях. Потом поняла, что улыбаюсь при мысли о том, что буду чаще видеться с Ноа, и сказала:
– Хочешь пойти с нашей компанией на рождественскую ярмарку?
Этот вопрос вылетел у меня раньше, чем я его как следует обдумала.
Лицо Ноа просветлело:
– Правда?
Я кивнула:
– Да, правда.
Я прислушалась к своим ощущениям.
– Но ты должен пообещать, что будешь не виконтом в каком-то там поколении, а просто Ноа.
Он сверкнул на меня глазами.
– Это очень мило с твоей стороны, – ответил он чопорно. – И я с удовольствием приму твоё предложение, но ты должна пообещать, что не станешь называть меня жертвой инцеста, гадёнышем, школьным обедом – и ничем в этом роде.
Лорд Б. поднял бровь. Мама покраснела. Кажется, я тоже покраснела.
– Договорились – только обещай, что не будешь вести себя как последний гадёныш.
Ноа заулыбался шире. Он прямо весь засветился.
– Вив! Да я больше всего на свете этого хочу.
И я посмотрела на его отца, и на мою маму, и увидела, что они также широко улыбаются, и почувствовала, как точно такая же широченная улыбка расплывается у меня на лице.
