Нет их и в ст. 306 УК РФ. Следовательно, ложный донос будет, во-первых, когда сообщено о преступлении, которое вообще не было совершено, и даже без указания на лицо, якобы его совершившее. Практике известны случаи, когда виновный сообщал, будто кто-то его ограбил и забрал деньги, которые были выданы организацией под отчет для приобретения имущества, хотя фактически он израсходовал средства на свои нужды, и т. д. Второй вариант — когда преступление действительно было совершено, но не тем лицом, о котором сообщается в информации лжедоносчика, причем «исполнитель» преступления также может быть не указан, но может быть и прямо назван (например, указана фамилия «грабителя»). При этом не имеет значения, совершил ли преступление сам лжедоносчик или же кто-либо другой (например, сам сжег свою дачу, чтобы получить страховое возмещение, и подал заявление о поджоге или совершил автоаварию, а затем заявил, что ее совершил кто-то другой, угнавший его автомобиль). Возможны также случаи, когда лжедоносчику известен преступник, а в доносе указывается другое лицо, чтобы запутать следствие и помочь преступнику избежать ответственности.
Все перечисленные варианты не влияют на квалификацию преступления по ст. 306 УК, но могут быть учтены при назначении наказания, ибо при прочих равных условиях преступление более опасно, когда содержит указание на невиновное лицо как якобы совершившее преступление. Поэтому de lege ferenda следует поддержать предложение о дифференциации ответственности за эти виды доноса с тем, чтобы донос с указанием на определенное, фактически невиновное лицо наказывался строже, чем при отсутствии такого указания[501]. Более высокая степень опасности такого доноса вызвана тем, что в первом случае совершается посягательство на два объекта, а во втором — только на один из них.
Когда ложный донос связан с имитацией преступления, устроенной лжедоносчиком в соучастии с другими лицами, и целью доноса является направить следствие по ложному пути, то возможна квалификация по совокупности. Кассир договорился со своими знакомыми, что они инсценируют разбойное нападение на кассу и изымут деньги, которые впоследствии разделят с кассиром. После «нападения» кассир сообщил о происшедшем в милицию, но преступники были разоблачены. В данном случае кассир должен нести ответственность за участие в хищении и ложный донос.
Как прямо следует из текста ст. 306 УК, содержанием ложного доноса могут быть сведения
Донос может касаться как оконченного, так и якобы готовящегося преступления, однако имеется в виду сообщение о приготовлении только к тяжкому или особо тяжкому преступлениям, так как в силу ч. 2 ст. 30 УК за приготовление к преступлениям других категорий уголовная ответственность не наступает, а поэтому в ложном сообщении не будет всех признаков ст. 306 УК. Ложное сообщение об обнаружении умысла (якобы кто-то высказал намерение совершить преступление) не может повлечь ответственность по ст. 306 УК, но при определенных условиях может рассматриваться как клевета (ст. 129 УК) либо как заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207 УК).
В соответствии со ст. 140 УПК поводом для возбуждения уголовного дела является, в частности, заявление о преступлении. Однако спорным является вопрос об
Длительная дискуссия развернулась по поводу того, будет ли состав ложного доноса, если сообщения направляются в другие государственные учреждения, не имеющие права возбуждать уголовные дела, например, в органы законодательной (представительной) или исполнительной власти, общественные или другие организации.
