Преступления против правосудия полностью

Видимо, не все нарушения процессуальных норм, даже если они обязательно влекут отмену либо изменение приговора, могут приравниваться к неправильному разрешению дела по существу, что является непременным условием неправосудности приговора как признака ст. 305 УК. На это обращено внимание в литературе: ряд авторов полагает, что состав, предусмотренный ст. 305 УК, есть лишь тогда, когда имело место существенное нарушение процессуального закона. При этом Ю. И. Кулешов указывает на то, что нарушение должно быть существенным, а непосредственная оценка отступления от закона в целях разграничения уголовно наказуемого деяния и дисциплинарного проступка должна даваться в каждом конкретном случае[484]. Другие авторы иногда приводят следующие примеры существенных нарушений: рассмотрение дела в отсутствие подсудимого в тех случаях, когда его присутствие обязательно, нарушение права на защиту[485], в том числе непредоставление последнего слова[486]. Приводится и пример противоположного характера: председательствующий, собственноручно написавший приговор, по рассеянности не подписал его, в результате, хотя все другие требования материального и процессуального права были соблюдены, приговор был отменен. По мнению В. К. Глистина такой судебный акт в уголовно-правовом смысле нельзя признать неправосудным, так как действия судьи не посягают на охраняемый анализируемой нормой объект — они не направлены на неправильное принятие решения по делу[487]. Это мнение представляется правильным.

Таким образом, не все нарушения уголовно-процессуального закона, перечисленные в ч. 2 ст. 381 УПК и безусловно влекущие отмену или изменение судебного решения, составляют объективную сторону ст. 305 УК, а лишь те из них, которые существенно нарушают принципы уголовного процесса, сформулированные в гл. 2 УПК, и, особенно, основные права и свободы его участников. К таковым относится большинство оснований, указанных в ч. 2 ст. 381 УПК), но приговор нельзя считать неправосудным, если нарушения заключались в отсутствии подписи судьи либо протокола судебного заседания (п. 10-11 ч. 2 ст. 381 УПК) (даже при заведомости этих нарушений), но все другие нормы материального или процессуального права были соблюдены.

Обязательным условием привлечения к уголовной ответственности по ст. 305 УК является отмена или изменение незаконного (неправосудного) судебного акта вышестоящим судом, ибо только тогда можно утверждать, что акт был незаконным; кроме того, при отмене (изменении) обязательно указывается, какие нарушения послужили основанием для такого решения.

Общепризнано, что состав анализируемого преступления формальный, однако различные мнения высказываются по поводу момента его окончания: большинство авторов полагает, что преступление окончено, когда судебный акт подписан судьей (судьями)[488], другие — когда этот акт оглашен[489], а Ю. И. Кулешов — когда принятый неправосудный акт порождает значимый для судопроизводства результат[490]. Правильной представляется первая из приведенных позиций — общественно опасным следует признать сам факт подписания неправосудного судебного акта, ибо в дальнейшем он должен и может быть исполнен в любое время (оглашение акта, а тем более вступление его в законную силу находятся за пределами данного состава).

Несмотря на формальный характер состава, возможна и неоконченная преступная деятельность. Приготовление может заключаться в подготовке документов, на основе которых планируется вынести неправосудный акт. Покушение как действия, непосредственно направленные на совершение преступления (ч. 3 ст. 30 УК), практически возможно, когда вопрос решается коллегией в составе нескольких судей и при составлении текста судебного акта в совещательной комнате кто-либо из них предлагает вынести заведомо для этого судьи неправосудное решение (тем более представляет его проект), а другие судьи не соглашаются с этим[491].

Субъектами преступления в диспозиции ст. 305 УК назван судья (судьи). Несомненно, речь идет о профессиональных судьях всех судов. Однако в литературе обсуждается вопрос, относятся ли к судьям в смысле ст. 305 УК непрофессиональные участники вынесения судебных решений, т. е. арбитражные и присяжные заседатели? Практически все авторы сходятся на том, что к судьям относятся арбитражные заседатели, но спорным оказался вопрос о статусе присяжных заседателей. Многие авторы прямо указывают на них как субъектов анализируемого преступления[492]; Л. В. Лобанова полагает, что в настоящее время они не могут нести ответственность за это деяние, но предлагает установить ее путем дополнения уголовного закона[493]; с этой позицией солидарен Ю. И. Кулешов[494].