Очередная книга Валентины Красковой посвящена преступлениям власти от политических убийств 30-х годов до кремлевских интриг конца 90-х.Зло поселилось в Кремле прежде всех правителей. Не зря Дмитрий Донской приказал уничтожить первых строителей Кремля. Они что-то знали, но никому об этом не смогли рассказать.Конституция и ее законы никогда не являлись серьезным препятствием на пути российских политиков.Преступления государственной власти давно не новость. Это то, без чего власть не может существовать, то, чем она всегда обеспечивает собственное бытие. Власть отвергает законы морали, она живет по ту сторону добра и зла.
Мои книги основаны на реальных фактах, свидетельствах, мемуарах, также находится в них место для версий и предположений.
Но в очередной раз убеждаюсь: самые смелые фантазии — ничто по сравнению с самой реальностью.
Лето 1997 года очень странное. В природе — грозы, солнце и дождь, радуга над городом. Я чувствую, что все меняется, но не могу понять: в чем суть перемен. Неясные сны и воспоминания не дают покоя. Кажется, что какая-то нить ускользает, чтобы порваться.
Я спохватилась лишь тогда, когда близкий мне человек заметил, что сонник стал моей настольной книгой. Такого никогда раньше на было!
— Ты впадаешь в мистицизм, — так он мне сказал.
— Неправда, — ответила я, — здравый смысл всегда был моей отличительной чертой. — Просто начинается война с мертвецами и статуями. С призраками…
— Да что ты говоришь?!
— То что есть: призрак коммунизма никак не удается изгнать из Кремля. Вот и решили удалить мертвецов (их слишком много). Говорят же, что человек связан с землей, если там лежит его мертвец. Убери мертвеца — и связь порвется. Так и началась война: одни хотят провести перезахоронения, другие взрывают статуи… Факт сохранения нетленного тела в сознании простого народа был признаком святости. Формирование образа божества и было осознанной идеей мумификации вождя. Раз тело нетленно, значит, вождь бессмертен — «дедушка умер, а дело живет, лучше было бы — наоборот».
Вызывает он доктора и говорит:
— Можешь сделать так, чтобы я умер, только не совсем, а так, для виду?
— Могу, Владимир Ильич, только зачем же это?
— А так, — говорит, — хочу испытать, как без меня дела пойдут. Что-то все на меня сваливают, во всяком деле мной загораживаются.
— Что ж, — отвечает доктор, — это можно. Положим тебя не в могилу, а в такую комнату просторную. А для прилику стеклом накроем, чтобы пальцем никто не тыкал, а то затычут.
— Только вот что, доктор, чтобы это было в пребольшом промежду нас секрете. Ты будешь знать, я, да еще Надежде Константиновне скажем.
И скоро объявили всему народу, что Ленин умер.
Народ заохал, застонал, коммунисты тоже не выдержали — в слезы… Положили Ленина в амбариш-ко — мавзолей называется, и стражу у дверей приставили…»
Далее рассказывается о том, как Ленин просыпается по ночам и идет в Кремль, на завод, в деревню, разговаривает, проверяет, как идут дела. Все в порядке.
«В мавзолей лег успокоенный… Теперь уже, наверное, скоро проснется. Вот радость-то будет».
Что следует разуметь под несколько неопределенным словом мистицизм? Это слово означает такое состояние души, когда человек воображает, что он может уловить или угадать неизвестные и непонятные отношения между различными явлениями, открывать в предметах указания на тайны и видит в них символы, посредством которых таинственная сила старается раскрыть или отметить многое чудесное, что мы, по большей части, тщетно силимся разгадать.
Мистик все видит в ином свете, чем нормальный человек. Произносимое им самое обыкновенное слово представляется ему указанием на нечто тайное; в самых обыкновенных и естественных поступках он усматривает нечто таинственное; все имеет для него скрытый смысл, бросает тень на отдаленные предметы, пускает корни в глубокие слои. Всякий образ, возникающий в его уме, таинственно и многозначительно указывает на другие ясные или туманные образы и приводит их в такую связь, что нормальному человеку и в голову не приходит. Вследствие этой особенности его мышления мистик живет как бы окруженный масками, которые смотрят на него загадочным взором и постоянно возбуждают в нем чувство страха, так как он никогда не уверен, что узнал их. «Внешность обманчива», — часто повторяют мистики.
Меня, к примеру, картина массового переселения кремлевских мертвецов ужасает.
Я вполне спокойный человек, не склонный открыто выражать свои эмоции.
На всякую борьбу за власть и политические игры я готова смотреть только с точки зрения классической теории политических элит, разработанной Виль-фредо Парето. В «Трактате по общей социологии» он писал: «Нравится это некоторым теоретикам или нет, но человеческое общество неоднородно, и индивиды различны физически, морально и интеллектуально». Сама организация общества требует элитарности и закономерно воспроизводит ее. Происходящие в обществе изменения постепенно подрывают господство одного из типов элит.
Правящая элита внутренне сплочена и борется за сохранение своего господства, но все равно — вырождение неизбежно.
Причины вырождения и гибели аристократии, анализируемые Парето, следующие:
1. Многие аристократы, будучи аристократами военными, истреблены в битвах. Военные аристократии быстро исчезают, потому что ее представители вынуждены рисковать жизнью на полях сражений.
