Рыцари валились на землю, мучительно пытались вынуть ноги из стремян, оглушенные ползали по полю — а к ним уже с жадными улыбками спешили пешие латники.
Можно ли в этом боевом грохоте услышать крик одной женщины? О был уверен, что он услышал. Повернулся — и точно! По полю, пустив коня в галоп, неслась Она. Короткие волосы мечутся черными языками пламени, рот открыт в крике боли. Дева птицей летела в самую кучу павших рыцарей, оставив далеко позади свою свиту. Безумная женщина, в латах, но безоружная — только знамя с золотыми лилиями в правой руке!
— Куда же ты, дура! — заорал Гванук и, забыв обо всем, ринулся ей наперерез.
Даже он, даже на неуставшей лошади — всё равно не успевал. Жанна д’Арк догадалась спрыгнуть с коня, но потом кинулась в самую свалку — СПАСАТЬ своих людей. Гванук был уже близко, его хвандо с ледяным свистом зло вылетел из ножен — и кинулся на защиту Девы. Вот какой-то бургундец жадно замахнулся алебардой, но в последний момент жало хвандо впилось в его горло. Вот Дева получила крепкий удар фальшионом в кирасу, но отрубленная рука уже не повторит удар.
— Назад, полоумная! — Гванук схватил ее за плечо, дернул на себя, тут же получил сильный удар окованным рантом щита. Покачнулся, выстоял, шагнул вперед, закрывая Деву. В это время к ним на помощь пришли Жан-Бастард и еще десяток рыцарей свиты. Павшие всадники стали сбиваться в единый кулак вокруг этой группы и начали давать достойный отпор пехоте.
Казалось, линия боя выравнивается…
— О, посмотри!
Жанна, опираясь на плечо Гванука, указывала на восток. На известняковый «горб кита». Там, на безумно удобной позиции строились сотни лучников. Длинные лонгбоу было видно даже отсюда.
Англичане.
Стрелки уже выпустили по первой стреле и натягивали луки повторно. Густая стая стрел летела красиво и совершенно бесшумно. А известняковый холм слева и справа обтекала новая свежая пехота. Попроще снаряженная и вооруженная, но свежая и многочисленная. Видимо, они с лучниками прятались очень далеко от дороги — раз разведка их не обнаружила. К месту боя пришли нескоро…
Но невероятно вовремя.
Жуткую картину приметила не только Орлеанская Дева. Третий полк Шао — который уже построился и практически пришел на помощь Самураям — вдруг смешался. А, получив пару порций стрел — оплыл и плавно потек. За холм, в лес, как можно дальше от этого побоища.
Бриганды.
— Это очень хорошая засада, — одними губами произнес Гванук.
Гванук, с повязкой на левой руке и опухшей правой половиной лица (такая вот асимметрия), махнул головой. Образина Робер Драный Шаперон, задрав подбородок и выпятив грудь, вышел из строя и двинулся к главнокомандующему. Он из всех сил пытался изобразить строевой шаг, но больше всего это походило на выступление клоуна, пародирующего солдата.
Наполеон сдержал гримасу недовольства.
— Мой генерал! — громко выкрикнул бригадир О, морщась от боли. — Я прошу наградить рядового Шаперона за проявленный героизм. Во время битвы с бургундцами, он самовольно возглавил атаку части третьего полка Шао. Был нарушен прямой приказ командира. Но! Благодаря этому маневру бойцы Шао опрокинули еще не построившуюся на левом фланге пехоту и поднялись на каменистый холм. После чего, из шести сотен английских лучников почти все перешли на нашу сторону. С их стрелковой поддержкой пехота левого фланга была окончательно опрокинута, а третий полк Шао начал заходить во фланг бургундским рыцарям. В это же время до центральных позиций дошли второй полк Шао и часть пехоты Орлеанской Девы. Они пришли на помощь Самураям… простите, Конному полку Армии. А конницу Девы выручили мушкетеры. Они также изменили маневр, вышли на шум боя… и перебили вражескую пехоту.
Уже позже мы узнали, что командующий бургундцев — маршал де Туланжон — пошел в первую атаку лично и уже не руководил боем. Поэтому резервы их армии подходили по первоначальному плану. Их мы встретили уже огневым боем: ружьями и даже несколькими пушками. Никто не ожидал, что мы можем так быстро привести пушки в боевое положение. Опять же, английские лучники помогли. Остатки врага бежали. Сил для преследования у нас не имелось — конница пострадала больше всего. Но мы захватили вражеский обоз. И весь описанный мной успех начался с нарушения приказа третьим полком Шао.
Наполеон уже ознакомился с ходом битвы из письменного донесения, но сейчас слушал максимально внимательно. Теперь всё делалось на публику — почти вся Армия выстроилась на площади возле Храма Пресвитера Иоанна.
— Как предлагаешь наградить героя? — громко спросил генерал.
— Поскольку рядовой проявил командирские качества прошу произвести его в плутовачаны и выдать 20 золотых экю!
— Что скажешь, Драный Шаперон? — Наполеон по-отечески улыбнулся недавнему бандиту.
