«Пусть думает, что я хочу именно этого» — улыбался главнокомандующий, уезжая с переговоров. Теперь Пресвитерианцы борются за Францию совершенно официально — все нужные печати и подписи в наличии. И Жанна д’Арк остается в Руане.
Возможностей всё больше и больше!
Кошон отставил кружку с вином и с нарочитой демонстративностью раскрыл исписанные листы.
«Не исписанные! Напечатанные!» — Гванук поправил сам себя, а потом махнул рукой и сделал большой глоток. Залил в глотку последние капли из кружки, крикнул «Еще вина!» и принялся ехидно рассматривать собутыльника. Пьеру Кошону явно было неудобно, он и от стола отодвинулся, и рукава рясы закатал повыше. Еще бы — печатные листы были раза в два больше самой огромной книги, которую бригадиру доводилось видеть.
И листов-то всего два! Один огромный разворот, забитый текстом до отказа. Что это вообще за штука? Листовка? Нет. Прокламация? А зачем такая здоровая?
Чертов нотариус добился своего: Гванука разобрало любопытство.
— Твои печатники чего-то перепутали, парень, — с ухмылкой бросил он Кошону, который важно оглядывал свое странное детище. — Страницы забыли разрезать, что ли? Или спьяну лишние литеры поставили на листовке?
Просиявший Пьер сразу важно отложил бумагу.
— Ничего ты не понимаешь! — с недавних пор они уже перешли на ты. — Это вовсе не листовка.
И замолчал, подлец. Ждет вопросов!
— Вижу, что не листовка. Судя по всему, рулон для упаковки свиного окорока.
Стрела угодила в цель — Пьер Кошон аж вскинулся.
— Да будет тебе известно, что это га-зе-та!
— Чего? — нахмурился Гванук. Слово было какое-то дурацкое и явно не тайноязычное… в смысле, не французское.
— А того! — Кошон явно услышал брезгливость в вопросе и обиделся уже всерьез. — Её Его Светлость генерал Луи так назвал. Эту газету, если хочешь знать, он и придумал!
— Да что это такое?
— Свежие новости! — первопечатник снова сложил га-зе-ту и положил перед бригадиром.
— Аmi de la France, — прочитал тот огромные буквы заголовка. «Друг Франции» — звучит неплохо.
— Наши писари узнают обо всех свежих и самых важных событиях — и пишут об этом заметки. Наборщики набирают четыре страницы — и уже через один-два дня Руан и Иль получают сотню копий! Раньше мы такое делали в летописях, которые хранились в архивах. И видели их единицы. Я, если хочешь знать, тоже вёл такую летопись. Мне передал ее мой наставник, а я продолжал… Вообще, мало надеясь, что ее прочтут.
(
Служанка принесла им свежее вино, и расчувствовавшийся Кошон приложился к свежей кружке, хотя, у него еще и в прошлой плескалось. Гванук не мог не поддержать приятеля.
— А теперь это всё для людей! Да еще Его Светлость велел всё писать с подробностями, чтобы интересно было!
Видно, что новинка генерала приросла бывшему нотариусу близко к сердцу. Га-зе-ту он уже любил всей душой.
«И что только люди не любят» — вздохнул Гванук и притянул здоровенный лист бумаги к себе.
— Так чего вы понаписали в своей га-зе-те?
На первой странице — большой текст про переговоры с королем Карлом. Его украшали три черно-белые миниатюры: слева — Карл, справа — генерал Ли, а по центру — Дева. Жанна вышла на бумаге слишком утонченной, слишком благопристойной. Непохожа. Но Гванук смотрел, не отрываясь. Он ясно видел, что незнакомый ему резчик делал форму для оттиска с любовью… Все! Все, черт побери, любят Жанну!
Сделав новый глоток, Гванук старательно вник в текст. Строка за строкой здесь лились непрерывные восторги Его Величества по поводу смелости и удали Пресвитерианцев. Король благодарил за верность добрых нормандцев, шампанцев, баррцев и дружественных лотарингцев. Снова и снова воздавал хвалу пресвитеру Иоанну и его посланникам, уверенно заявлял, что скоро враг будет разбит, а Франция — свободна. В заключении, приложив ладони к сердцу, Карл просил генерала Луи с его храбрым воинством взять под защиту весь север королевства и поручил им «подавить бургундский мятеж и окончательно изгнать захватчиков-англичан».
«Чушь! — мысленно воскликнул Гванук, подпитывая себя из кружки. — Вранье какое-то!».
Вернее, враньем это не было. Суть встречи и ее решения не искажены. Но подано всё так фальшиво! Ничего подобного король не говорил! Сам Гванук на переговоры не ездил (за «неудачную победу» в битве у Скалы-Кита его наказали, поставив временным комендантом Иля), но друзья в подробностях ему всё описали. Газета описывала всё радикально иначе!
«А ведь теперь сотни людей… точнее, тысячи будут убеждены, что переговоры прошли именно так» — Гванук даже слегка испуганно посмотрел на бумагу.
…Внизу страницы находился текст, написанный самим Ли Чжонму. Сухо, по-деловому, но в деталях, тот отчитался о военных успехах Армии Пресвитерианцев. Текст обрывался на самом интересном с припиской «продолжение на стр. 2».
