– Когда дело будет касаться выживания, даже вулканец Спок станет убивать, несмотря на свое кажущееся человеколюбие. Возьмите себе это на заметку, – он снова посмотрел на Киста и его товарища.
– А что мы будем делать сейчас? – спросили те воинственно.
– Мы переждем здесь усилившуюся бурю. Мне не хотелось бы вас вести под дождем.
– Но шпионы Федерации могли…
– Сидят где-нибудь, тоже укрываясь от непогоды, – оказал Кон. – Мы свое возьмем. Я уверен, что федераты далеко не ушли. Мы без труда их найдем, когда погода улучшится. Надеюсь, на этот раз ты со мной согласишься, Кист? Или у тебя есть другой план?
– Нет, сэр, – решительно ответил молодой офицер.
Клингоны просидели больше часа в протекающих развалинах «Галилео». Дождь не прекращался. Ветер усилился. Воронка урагана затягивала в себя все, что было неустойчиво. Она устремилась к «Галилео» и ударила его. Корабль покачнулся.
Клингоны, которые находились в это время внутри, не имели понятия, насколько опасно их дальнейшее пребывание в шаттле. «Галилео» перевернулся. Кист был убит тотчас же. Он стукнулся головой об острый край расколотой переборки. Другой офицер был выброшен катапультой на валуны и раздавлен остатками корабля. Кера и Кон крепко держались за кресла, которые были прикреплены к полу. Благодаря этому они и остались живы.
Теперь чудом уцелевшие клингоны находились под проливным дождем. Ветер злобно трепал их защитные костюмы. Кон упал на землю в полусознательном состоянии. Кера придерживала бок правой рукой, защищая ребро, которое, как она подозревала, было переломано. Она встала на колени в жидкую грязь, вытерла рукавом кровь с лица своего командира, и тогда увидела глубокий безобразный разрез над его переносицей.
– Ты в порядке, Кон?
– Думаю, что да. Мы должны вернуться к нашему кораблю. Помоги мне подняться.
Кора приложила все усилия, чтобы поднять своего командира. Когда это удалось, они направились к лесу.
– Река, – прошептал Кон окровавленными губами. – Нужно придерживаться ее.
– Мы почти там.
Кон шел, спотыкаясь и падая. Он держался за Керу, чтобы не упасть. Вдруг, подскользнувшись, он схватил ее за талию. Кера вскрикнула от боли – командир задел поломанное ребро. Она задержала дыхание, слезы текли из глаз.
Впереди послышался шум воды. Он был едва слышен из-за ревущего ветра. Но теперь можно было ориентироваться по нему. Гроза продвигалась на запад. Сложное переплетение молний, похожее на голову медузы, изрезало все небо. Одна из них ударила в старое дерево, которое возвышалось над лесной тропой. Оно вспыхнуло, разбрасывая снопы искр в разные стороны. Кера толкнула Кона за другое дерево. Всего одно мгновение, но было уже поздно. Кусок ствола вонзился в грудь Кона. Он умер прежде, чем упал на землю. Кора смотрела на мертвое тело своего командира.
– Нет, – крикнула она, но тут же сжала губы.
«Так вот как планета встретила нас», – подумала она. Единственным ответом были ливень, гром и треск горящего дерева. Кера осталась одна, но она была клингоном. Нужно обязательно выполнить задание. Или умереть, выполняя его.
Ширн О'Тей был любезным хозяином. Его покрывало оказалось роскошным меховым ковром из шкур занигрета. Пир в честь праздника проводился во время одновременного выхода обеих лун. Событие это происходило четыре раза в год. Именно оно свидетельствовало о смене времен года. Все поклонялись новым лунам, которые должны были появиться следующей ночью.
Широкие деревянные тарелки с мясом, разнообразными овощами и растениями были по душе проголодавшимся членам экипажа шаттла. Все это так отличалось от ягод и консервов, которыми они питались последнее время. Теперь, сняв грязные, превратившиеся в лохмотья термокостюмы, Маккой и Кейлин набросились на еду. Спок ел только овощи и фрукты. Все трое внимательно слушали, что рассказывал Ширн о жизни в горах.
– Мы живем здесь уже много лет, – говорил старик. – Наши отцы нашли эту долину и восприняли ее как дар богов. Как вы уже заметили, мир за горами Кинарр не очень гостеприимен.
– Зато вы очень гостеприимны, – заметил Маккой, жуя.
– Буря, которая бушует за горами, – это обычное дело? – спросил Спок.
– Погода портится даже в горах, но не здесь. На нашем плато редко бывает что-либо большее, чем легкий снегопад. Снежные овцы жили в этой долине еще до того, как наши отцы пришли сюда. И тогда они стали приручать этих животных. У нас есть предания, которые обычно рассказывают дети во время праздников. Таким образом, наша история переходит из поколения в поколение. Тола, ты начнешь.
Прелестная девочка встала с покрывала в дальнем конце пещеры. Она подошла к Ширну и встала перед ним. Ей можно было дать не больше восьми лет. Она носила браслет с колокольчиками, которые нежно звенели, когда она двигалась. Ширн вручил ей свиток.
– Тола, расскажи историю о первой снежной овце.
Маленькая девочка сделала шаг в сторону от старейшины и начала повествование важным голосом:
