Любви законы не писаны, настолько деспотична ее власть, любовь оправдает любое безобразие мужчины, извинит женщине любою западню, поставленную на мужика, если преступление совершается сгоряча, в пылу самозабвения жертвуя мирскими законами без расчета на выгоду, отвратную для любящих его. Почему зверствуют изгои любви.
Любовь, что потеряла в пучине сердца моего, голубушка, рыбка золотая…
Нет, нет, на мужика целиком любовь не претендует. Это кесарево, а кесарю – кесарево, а любви, что останется. Лишь бы мужик не путал, что в нем для любви, что для дома для семьи.
ПРИТЧА. 83. Думается, целомудрие любви мужчина сохраняет, как первое письмо ее признания в вечной преданности. Или забывает распечатать, занятый верностью изменчивой женщине.
Любовь не против борделя, коль природа ошиблась, отмеривая женщине эстрагенов сверх среднестатистической нормы. Не тащить же душечке в подъезд первого попавшегося пьянчугу.
Любовь для кавалера – 100 грамм перед скудным обедом у верности семейным ценностям…
Любовь для мужчины бесшабашный напиток на пиру гостеприимных богов, где тут упомнить – домой не доползти и на карачках… разве что на парашюте.
Не вина любви, что вызывает привыкание, что мужики употребляют любовь как чифирь против одиночества, а недееспособные ханжи еще и злорадствуют мужеложествуя. Вот чего любовь не простит мужику никогда.
ПРИТЧА. 4 Любовь ищет счастья у женщин, а находит в душе у мужика и требует отвезти ее к душечке, которой лень было вылезти из теплой постели калитку открыть… А зачем, когда сытый мужик под боком похрапывает…
Любовник стратегический резерв любви, сказано же – свято место в сердце пусто не бывает.
Любовь пора внести в фармакопею жизненно необходимых допингов для мужиков не пригодных для приготовления драгоценного счастья женщин.
Позволь любви делить счастье между баб, мужик останется без портков, и все естественные проблемы баб разрешатся естественным образом.
Мужик тяжелая атлетика любви, не даром же она предпочитает балет Лебединое Озеро.
Мужик бал секса душечки под духовой оркестр.
Мужик приданое сексуального счастья душечки
Для мужика любовь чувство воскресное, а застигнет в будни – все из рук валится.
Мужчина любуется женщиной, женщина – прикидывает…
Бордель для мужика – казарма кавалерийского эскадрона любви.
Мужик трудовые будни любви, вот для душечки любовь , – танцы,– хоть всю ночь напролет.
Для любви мужик вечная проблема, – не заплатит, так синяк поставит, то ли дело душечки эти – гарантия оплаты за счет мужика железная.
Похабщина мужицкая, – невыплаканные слезы сердца любви.
ПРИТЧА 39. Человечность мужика. Вот соседская шавка хватит тебя за ягодицу, когда застанет на чужой грядке с огурцами, знамо дело порвет штаны, почти новые, закипит душа от обиды, но не убьешь же ты хозяина шавки, хотя и с бутылкой больше не придешь.
ПРИТЧА 5. Мужик – метаферизм противоречивый, героический при всей анекдотичности обыденного простонародного головотяпства. Вот ночью на торфянике загорелся в грозу барак, деревянный, дряхлый, еще пленные немцы построили. Казалось, все успели выскочить, кто в чем. Даже вечно поддатый алкаш Гришка, богохульник и вор, украл у попа велосипед и даже не извился… Ан нет, все тут, наперечет, и Гришка. А Соньки лахудры гулящей нет. Кому только не изменяла, с кем только не скандалила. Уже и крыша занялась, а Соньки нет. Уже и пожарные как бы появились, в Соньки нет. Глядь, алкаш-то что удумал, – кинулся в дым, в огонь, люди добрые ахнули, ан не пошевелились… Пропал дурак, и Сонька пропала… А Гришка выволок Соньку и сам вроде как жив. И все как будто не впервой.
Любви уютно в сердце мужчины, как биологическому эгоизму в голове женщины.
Порядочность мужчины немой укор любви, когда она вьет из его чувств веревки на путы для его воли-вольной
Плутовство одно на всех средство уровнять личные интересы земели с метафизическими общественными, не представляющими личность человека, но личину власти.
Стыд – аутодафе совести на костре души земели.
Отдохни, прекрасное мгновенье любви, всем мужикам не угодишь, всех женщин не осчастливишь.
Счастье – сексуально богатый мужчина душечки, фарт вора и кураж удачи дурака.
Если присмотреться
Смерть, всю жизнь мужчины строят ее дворцы и нищие хоромы для своих женщин.
В любви планы женщины всегда на шаг впереди фантазий мужчины, – сменить общепит на домашнюю посудомойку.
Любовь – сезон дождей, когда мужику так приятно посумерничать дома с любимой, как оказалось, женой.
У доброй сердцем душечки и для мужичка четверинка найдется.
