К моему удивлению, там же, в одной из «соц сетей», меня нашла и Арит. Я не ожидал такой скорой адаптации новоприбывшего миитира, тем более такого желания общаться со мной. Хотя, в отличии от нее, а я не получил должной подготовки при переходе.
В такой форме общения Арит была более дружелюбной. От нее я узнал, что место размещения Вычислителя — государство антагонист того, в котором расположился я и куда должен был прибыть мой Куратор. Сама же Арит, как и обещал Высший, поступила на обучение среди демов. Ее возраст оказался даже ниже моего. По хронометрии демов, было лишь четырнадцать.
— Как справляешься? — интересуюсь ее положением. Хотя делаю это просто ради приличия.
— Делаю все, что приказано, — вздыхает она. Видеосвязь помогает нам поддерживать общение, — вроде получается. Знаешь, — она придвигается ближе к камере, благодаря чему я вижу, что ее и без того юное лицо стало практически детским, — тут такая неразбериха. Нужно работать и с информацией и поддерживать отношения. А обучение, — она, словно в изнеможении прикрывает глаза ладонью, — столько разрозненных данных, что в голове не уложить! А еще постоянные проверки… уж лучше бы меня в Уровнях оставили.
Это заставляет меня рассмеяться. Хотя, если миитиру отключили информсоставляющую, то постигать науку параллели, ей действительно приходится «с нуля». А это очень не просто. У меня, в отличии от нее, хотя бы были минимальные знания.
Не видя во мне поддержку, она с обиженным выражением лица машет рукой.
— Кстати, ты еще не пользовалась распечатывателем? — наконец спрашивает она то, что так интересует ее.
— Нет, — этот момент действительно важен, — у меня тоже не мало дел. А распечатка, скорее всего ослабит меня, не так ли?
— Да, это так, — подтверждает она, — но не затягивай. Лучше сделай это до закрытия параллели. И, кстати, своему Куратору лучше не говори.
Совет я запомнил. Мы еще не раз общались, но больше по вопросам своего задания — уточняла информацию обучения и то, как лучше строить свое поведение. В последнем я помогал в меньшей степени, скорее сам узнавал о много нового.
— Кем является для тебя твой Куратор? По меркам смертных? — задаю мучающий меня вопрос.
— Каракат? Лет на десять будет как отец, — вздыхает она. Это меня удивляет и этого я не скрываю.
— А потом? Спустя десять лет?
— Там будет зависеть от социальной системы, — говорит она, скучающим тоном, — говорят, хотят упразднить жесткую систему выбора партнеров. Но это здесь. В твоей части локации может быть иначе, — пожимает она плечами. А у тебя, как?
— Стажировка, работа, вечером свободное время, — говорю честно.
— Хорошо тебе. Никакого контроля, — снова с обиженным лицо, вздыхает она, — как с активными функциями справляешься?
Последний вопрос больше провокационный. Активные функции без употребления вызывают мучительные ощущения у носителя. Миитиру все кроме основной, как мне стало известно, отключили.
— Держусь, не волнуйся, — старательно улыбаюсь ей.
В последнее время мне действительно не хватало Бены. Ее присутствие рядом было, конечно не совсем правомерным, но давало чувство покоя, которого я был лишен без Куратора.
Арит же ухмыляется, кивнув в знак понимания. Судя по всему, ко мне она прониклась если не симпатией, то легкой формой уважения.
Другой долгожданный гость прибыл уже осенью. Одним дождливым утром, я почувствовал неприятное жжение в левой руке и ноге. Светлая энергия, содержащаяся в присвоенных частях тела отзывалась на зов. Это было сделанно специально, я не сомневался. Эмиссар дал мне обнаружить себя.
Этот был будний день, потому мне пришлось отработать его в прежнем расписании, чтобы не выдать того, что я задумал. На встречу я смог отправиться только ближе к ночи. По стечению обстоятельств, светлый нашел себе убежище в бывшем подконтрольном районе Бены.
— Надо же, Нес! Какими судьбами? — Глот и его друг заметили меня первыми, хотя я надеялся, что встреча с эмиссаром пройдет без свидетелей.
— Доброго вечера, решила пройтись, — по их виду, понимаю, что мне не очень рады, — почему вы еще на работе, думала ваши смены уже закончились.
Стараясь сделать вил, что тороплюсь, иду дальше. Но они и не думают отстать от меня.
— Не дождешься. Наш дружок-перевертыш сообщил, что тут появилось что-то подозрительное, — в словах Глота сквозит недовольство. Скорее всего, их обязали патрулировать сверх положенного времени, — ты случайно не в курсе, что именно?
Я застыл, не решаясь обернуться к нему. Но он сам подошел ко мне, положив руку на плечо и сильно сжав. В этом жесте явно читалась угроза.
— В курсе, ты прав, — разворачиваюсь к нему, — и если хочешь, можешь идти со мной. Только учти, это странное пришло ко мне. И слушать будет только меня.
Он убирает руку, напряженно обдумывая мое предложение.
— Идем, — наконец, выдавливает он, машет Пери следовать за ним.
Мне остается только смириться, что без свидетелей обойтись не удастся.
