— Да будет благодатна сия земля, — говорю, понимая, что мой голос разносится над тишиной площади, — да воздастся нам за труды и старания, и будут приумножены наши богатства. Только в наших силах возвеличить себя и свои дела. Я же готов встать во главе со щитом или копьем за ваше право жить в благодати.
— Миштар! — слышится в ответ, — Приветствуем!
Функционалы, стоящие первым кругом расступаются, давая мне пройти вперед. Толпа так же расступается. Я скрыл истинный облик под оболочкой. Памяти первого перевоплощения будет достаточно, что бы не обмануться ее хрупкостью.
Мой путь лежит к главному зданию, не крепости, скорее дворцу. Он не столь величественен как в Мононгохорн, но достаточно впечатляющий. Семь шпилей поднимаются в небо на два десятка человеческих роста. Нижние, самые меньшие, достигают восьми. Главные ворота открываются мне на встречу и два функционала — исполнителя выходят на встречу, один, чтобы принять узду животного, другой, чтобы сопроводить внутрь.
Кариидар, царь, один из тех троих, что преподнесли мне дар, ждет в главном зале.
— Наконец, наши ожидания окончены. Миштар, Алури, — говорит он с поклоном, повторяя мое имя на языке Уровней, — теперь мы можем не сомневаться — наша работа не будет напрасной.
Первый день пребывания в главном городе этого региона прошел за ознакомлением и обсуждением основных особенностей данных мест. Я знал, что Сарасат расположен на перекрестке нескольких торговых путей. Как наземных, так и водных. Чуть южнее был большой порт. Город был центральным во многих назначениях, поэтому место моего прибытия было выбрано именно здесь.
Отсюда поступали основные ресурсы для работы функционалов. В качестве платы же, демы получали результаты работы. Задерживаться здесь я не могу, поэтому, спустя два малых цикла отправляюсь в обитель уровней. Для этого используется тот же переход, который служил мне при появлении. Никаких торжеств о этому поводу уже не устраивается. Я и сопровождающие меня функционалы отправляемся в полночь.
Тишина момента перехода сменяется гулом.
— Мы в машинном отделении, уважаемый энгах, — сообщает мне созидатель, который сопровождает меня, — эта наша обитель имеет очень сложное устройство. По сути своей — это огромнейший механизм в этой параллели. Расположен от полностью под землей и охватывает более тысячи ходов в диаметре, — я пораженно осматриваю место, где мы оказались — гигантские шестерни сплелись в многоуровневые соединения, сцепились рычагами и, напрягаемые пружинами, совершали свою работу, — мы сейчас в самом его сердце, энгах Алури, — говорит созидатель, указывая на главный стержень глубоко за сплетением механизмов. Он огромен. В своей толще стержень мог бы уместить город, подобный Сарасату.
Я ознакомился с информацией о месте своего пребывания, но лицезреть его лично оказывается невероятно. Это грандиозное сооружение создано для того, чтобы поддерживать необходимое энергетическое поле на огромной территории. По своим свойствам она была похожа на первый и второй уровни. Функционалы могли находиться здесь в своем истинном теле, не теряя потенциала на поддержку состояния. Это же поле позволяло обучить новые энергоформы владением искусствами уровней.
Ведя под узду Пирит я, вместе с сопровождением поднимаюсь по лестнице, винтом ведущей вверх. Подъем долог, но меня он не утомляет и не наскучивает мне. Находясь в центре колоссального хаоса движений, я пытаюсь уловить его суть и принцип, пытаюсь постичь работу созидателей. Несколько кристаллов-ядер светятся у самой вершины.
— Что это? — спрашиваю у идущего рядом со мной созидателя.
— Реликты, — отвечает тот, — жертвенная энергия.
— Чьи жертвы положены в основу накопителей? — мне известна практика, когда реликт изымают, чтобы создать источники энергии. Это — альтернатива источникам, пусть и не столь мощная, зато передвижная, устанавливаемая там, где это необходимо.
— Высший созидатель, — указывает на самый большой кристалл, находящийся у центрального стержня, — остальные принадлежали Старшим — исполнители, созидатели, вычислители. На крайних цепях и последних кругах механизма еще несколько сотен сплавленных реликтов смертных. В общем количестве здесь вложена энергия больше миллиона реликтов.
— Это очень большое число, — я удивлен. Порой, это население целой параллели.
— Энергия смертных быстро взращивается, энгах, они восстанавливают свою численность за пару-тройку сотенных циклов.
Тем не менее, этот механизм был крайне ценным. Такая жертва приносилась довольно редко. Значит, испытание энергоформ стоило того. Я все больше стал осознавать, какая на мне ответственность.
Когда подъем завершается, мы оказываемся по среди зала, отмеченного рунами — именами.
— Место собрания, — поясняют мне, — здесь будут проводиться сборы ответственных за выполнение работы по этому проекту.
Я выискиваю свою, но не нахожу ее. Возможно, угадав мои сомнения, функционал указывает на место, где я стою.
