С людьми она общалась не так часто, чтобы составить хоть какое-то мнение о них. Чаще ее разговор заканчивался ударом или дуэлью, если они не встречались, конечно, с ними на поле боя. Тогда вообще ни о каком разговоре речи не шло.
А так, весь круг ее общения ограничивался лишь отрядом ее отца да теми наемниками, с которыми они работали вместе.
Воспоминания отвлекли ее на некоторое время, но тут Ревера обратила внимание на серьезный взгляд чела, который ждал ее дальнейших действий. А потому она, наконец, протянула руку к тому амулету, что лежал на полу клети перед нею.
– Нужно только активировать его и все? – уточнила девушка, глядя на парня.
– Пока да, – ответил он, – но это сейчас, чуть позже при любом удобном случае нужно будет, чтобы любые жрица или жрец из нашего клана официально заверили твое принятие к нам. А так больше ничего.
Слова о жрецах насторожили демоницу.
Это уже не походило на обычный гильдейский ритуал. Но не так чтобы очень.
Обычно гильдейскую клятву приносят главе гильдии, а тут нужно будет произнести ее перед каким-то жрецом.
«Ничего необычного», – попыталась себя хоть как-то успокоить девушка.
Но что-то не очень у нее получилось. Она прямо всей своей душой чувствовала, что с этим ритуалом должно было быть что-то не так.
Но она не могла понять что?
И как только она активировала артефакт, Ревена практически сразу поняло что.
«Это все-таки ритуал принятия в клан», – только и успела сообразить она, а потом безвольной куклой свалилась на пол той клетки, в которой до сих пор находилась.
Билась демоница в конвульсиях долгие десять минут. Менялось не только ее ментальное поле, но и сама физическая суть.
Когда завершились изменения с ее основной личиной, девушка непроизвольно приняла свою боевую ипостась, которая тоже стала претерпевать немалые преобразования.
– Интересно, – наблюдая за происходящим, пробормотал парень, – на такой эффект мы не рассчитывали.
И подошел чуть ближе, будто стараясь что-то рассмотреть в ее хоть и изменившемся, но вполне узнаваемом лице.
– Необычно, – протянул он, но больше так ничего и не сказал до завершения ритуала, а лишь стоял и ждал его окончания.
Между тем все это время Ревена была без сознания, а потому она не видела, как молодой человек, уже не особо обращая на нее внимание, разблокировал замок и открыл двери. После чего он дождался, когда девушка успокоится и ее перестанет корежить на полу клетки от изменений, вносимых в ее тело и магическое поле, и вытащил ее из этого небольшого железного ящика. А затем отошел на несколько шагов назад и уложил Ревену на расстеленную специально для демоницы какую-то большую тряпку, которую парень вытащил из своего безразмерного рюкзака.
Пока я нес эту демоницу и уже чуть позже устраивал ее на непонятной парусине, что каким-то боком оказалась у меня в сумке, мне кое-что показалось странным.
Основной тип энергии, с которым работала девушка, что буквально мгновение назад лежала у меня на руках, был отличным от энергии жизни. Что и не удивительно. Ведь эта бывшая пленница – архидемон. Существо по определению темное. Но меня в данном вопросе интересовало совершенно иное.
И я оглянулся назад, туда, где стояла Дхимашада.
«Она работает только с энергией жизни, – быстренько прикинул я, – и значит, Шада совершенно не опасна для таких существ, как эта демоница. Ведь ее основополагающая энергетическая составляющая отличается от той, с которой и работает наша поглотительница».
И отсюда следовало два вполне закономерных вывода.
Первый. Дхимашаде следует подальше держаться от всех демонов, нежити и прочих темных сущностей. Тех, в ком нет или практически нет энергии жизни.
И второй. Получается, что сама девушка родом точно не из этого мира, а оттуда, где ее дар – это естественная приспособленческая способность, сопутствующая ее выживанию в их мире, где основными энергиями как раз и являются различные типы энергии жизни в разнообразных ее проявлениях.
«Хотя вот интересно, она, по идее, вообще не должна чувствовать или ощущать подобных людей?» – задумался я, глядя на демоницу перед собой. После чего опять обернулся в сторону Дхимашады, что так и стояла на месте и старалась мне не мешать.
– Шада, – обратился я к поглотительнице, – а ты вообще ее чувствуешь?
И я показал на демоницу.
– Да, а что? – даже с некоторым удивлением переспросила она у меня.
И, уже более пристально вглядевшись в лицо архидемоницы, добавила:
– Как и всех остальных, кто есть поблизости.
– Странно, – проговорил я, глядя на поглотительницу, – как ты можешь чувствовать в ней энергию жизни, если в ней ее нет?
– Почему нет? – вновь удивилась девушка. – Она в ней есть. Ее немного, но она есть. Только при чем тут энергия жизни?
– Так ведь ты из рода… – название я не стал произносить вслух.
