Превосходная Суббота полностью

Суббота, самопровозглашенный Великий Чародей Дома, стояла в персональной обзорной комнате на самой вершине своего владения, наверху башни, которую она воздвигала уже почти десять тысяч лет. Эта комната со стенами из чистого хрусталя всегда находилась выше всех: строители каждый раз поднимали ее и вставляли новые этажи под ней.

Сквозь мокрые от дождя стекла Суббота смотрела вниз, на множество мутно-зеленых огоньков. Башня высотой в несколько километров словно бы подверглась массированной атаке светящихся короедов, но на самом деле этот свет исходил от ламп с зелеными абажурами, стоявших в одном и том же месте на каждом столе в Верхнем Доме. Каждый стол, в свою очередь, располагался точно посередине открытого куба из кованого железа, с решетчатым полом, но без стен и потолка.

Эти кубы — кирпичики башни Субботы — могли двигаться по вертикальным и горизонтальным рельсам, поднимаясь, опускаясь и сдвигаясь в стороны сообразно заслугам Жителей, что работали за столами.

Кубы перемещались за счет множества цепей, а те, в свою очередь, приводились в движение могучими паровыми машинами глубоко под башней. Бронзовые автоматы и невезучие Жители, которые так или иначе подвели Субботу, строили рельсы и подбрасывали в машины топливо. Еще ниже них по статусу стояли маслята — дети Дудочника, которые смазывали и обслуживали бесчисленные километры опасных, быстро двигающихся механизмов.

Превосходная Суббота созерцала свои владения, но вид мощной башни и десятка тысяч чародеев в ней не мог заставить ее пульс убыстриться. В конце концов, не в силах бороться с искушением, она подняла голову и посмотрела вверх.

Поначалу она видела только тучи, но затем мелькнул проблеск зеленого света — более темного и загадочного, чем свет ламп. Облака слегка разошлись, давая взглянуть на изумрудный потолок Верхнего Дома, пол Несравненных Садов. Суббота скривилась, гримаса исказила ее необыкновенно прекрасное лицо.

Вот уже десять тысяч лет она воздвигала свою башню, чтобы достигнуть Несравненных Садов и вторгнуться туда. Но как бы высоко она ни поднялась, Сады все равно поднимались еще выше. Лорд Воскресенье издевался над ней, дав только ей одной видеть это. Если бы любой Житель посмотрел вверх, тучи немедленно сомкнулись бы снова.

Суббота поджала губы и отвернулась, но новый вид тоже не успокаивал. Далеко, на границе Верхнего Дома, вертикальная тень поднималась с земли до облаков. Если присмотреться, она тоже сияла зеленым светом, ибо это было огромное дерево, одно из четырех деревьев Драсиль, что поддерживали Несравненные Сады.

Деревья Драсиль и были причиной, по которой Суббота никак не могла достроить свою башню — они росли быстрее, чем она строила, и возносили Сады на своих вершинах. Она пыталась разрушить или срубить Драсили чарами, ядом и грубой силой, но никакие ее замыслы не были в состоянии хоть чуть-чуть повредить деревьям. Она посылала Искусных Медлителей и Добавочных Чародеев взобраться по стволам и проникнуть во владения Лорда Воскресенье, но им никогда не удавалось добраться даже до середины стволов — они не могли противостоять гигантским оборонным насекомым, обитавшим в туннелях в коре великих деревьев. Даже полет не был выходом из положения. Высоко над облаками ветви Драсилей простирались повсюду, и были они хищными, агрессивными и стремительными.

Так продолжалось тысячелетиями: Суббота строила, Драсили росли, а Лорд Воскресенье оставался могущественным и отдаленным в безопасности Несравненных Садов.

Но все изменилось с одним-единственным чихом, прозвучавшим на поверхности отдаленной мертвой звезды. Волеизъявление Зодчей освободилось и избрало Законного Наследника. И теперь Наследник отбирал Ключи у неверных Доверенных Лиц. Его звали Артур — смертный, чей стремительный успех оказался неожиданностью не только для Субботы.

Не то чтобы успехи Артура много значили для Субботы; она строила планы на случай исполнения Волеизъявления и прибытия Наследника почти с того момента, как исчезла Зодчая. Суббота была не просто Доверенным Лицом, получившим силу и власть от Ключа Зодчей, вверенного ей; она также являлась чрезвычайно могущественным и умелым чародеем сама по себе. Не считая Зодчей и Старика, она была древнейшей сущностью во вселенной.

Это-то и грызло ей сердце. Первая из Жителей, сотворенных Зодчей, она чувствовала, что именно ей должно было возглавить всех прочих, включая детей Зодчей (эксперимент, против которого она высказывалась в свое время). Не Воскресенье, а Суббота достойна обитать в Несравненных Садах. И все, что она до сих пор делала, было направлено именно на то, чтобы исправить эту несправедливость.