Наконец с последними движениями лопастей винта дверь «Кобры» открылась. На землю была спущена стальная лестница, по которой спустился вниз, прямо под лучи ярких прожекторов, немного смущенный и чем-то обеспокоенный человек. Его сопровождал генерал-майор, одетый в общевойсковую форму. Человек в гражданском был достаточно стройным мужчиной средних лет и среднего роста. На нем был костюм в мелкую полоску, белая рубашка и шерстяной ирландский галстук. Он последовал за офицером, и они вместе прошли по цементной дорожке к боковой двери дома. Дверь открылась немедленно, как только они приблизились к ней. Однако внутрь дома вошел только человек в штатском, а генерал кивнул ему, с тем типичным выражением, которое военные используют для гражданских лиц или офицеров, имеющих равное с ними звание.
– Приятно было познакомиться с вами, мистер Мак-Алистер, – сказал генерал. – Теперь кто-нибудь другой отвезет вас назад.
– Вы не войдете вместе со мной? – поинтересовался штатский.
– Я никогда не входил туда! – воскликнул, улыбаясь, генерал. – Все, что я делаю, это, убедившись, что вы – это вы, доставляю вас из пункта А в пункт Б.
– Звучит, как будто вы занимаетесь этим от нечего делать, генерал.
– Нет, уверяю вас. На самом деле у меня есть еще масса других обязанностей, – добавил военный без дальнейших комментариев. – До свиданья.
Мак-Алистер вошел внутрь дома и очутился в длинном, отделанном деревянными панелями коридоре. Здесь его сопровождал уже человек в обычном костюме, по всем внешним признакам принадлежавший к службе безопасности.
– Надеюсь, что полет прошел удачно, сэр? – спросил он.
– Разве может кто-нибудь точно ответить на этот вопрос?
Человек рассмеялся.
– Сюда, пожалуйста, сэр.
Они прошли прямо до конца коридора и остановились перед двойной дверью, в правом и левом верхних углах которой светились небольшие красные лампочки. Это была либо система управления видеокамерами, либо средства сигнализации. Эдвард Мак-Алистер не видел подобных приборов с тех пор, как почти два года назад покинул Гонконг, потому что был направлен для консультаций и налаживания деловых контактов с британской МИ-6. Сопровождающий его человек постучал в дверь. Последовал легкий щелчок, после которого он открыл правую половину.
– Еще один ваш гость, сэр, – доложил он.
– Благодарю вас, – раздался голос из глубины комнаты.
Удивленный, Мак-Алистер мгновенно узнал говорившего. Он многократно слышал его раньше с экранов телевизоров и в передачах радиостанций. Но сейчас, к сожалению, времени на воспоминания не оставалось.
Седовласый, безукоризненно одетый мужчина, с глубокими морщинами на слегка продолговатом лице, отлично выглядящий в свои семьдесят с небольшим лет, поднялся из-за просторного стола и с протянутой рукой направился навстречу Мак-Алистеру.
– Как хорошо, что вы наконец появились здесь, господин помощник Госсекретаря. Позвольте, я сам представлюсь вам. Раймонд Хэвиленд.
– Я уже догадался, с кем встречаюсь, господин посол. Это большая честь для меня.
– Посол без портфеля, Мак-Алистер, не очень большая честь, но, в конце концов, у нас впереди есть кое-какая работа.
– Я просто не могу себе представить ни одного Президента Соединенных Штатов за последние двадцать лет, который мог бы управиться со всеми делами без вас.
– Может быть, и даже скорее всего, что в этом замечании есть немало путаницы, но, учитывая ваш опыт в государственных делах, могу предположить, что вы знаете лучше меня то, о чем говорите.
Дипломат повернулся к столу.
– Я хочу представить вам Джона Рейли. Он один из тех очень хорошо информированных людей, без содействия которых нам было бы трудно контактировать с Советом Национальной безопасности. Его присутствие не очень пугает вас?
– Надеюсь, что нет, – ответил Мак-Алистер, пересекая комнату, чтобы пожать руку Рейли, который уже поднялся с кресла, стоявшего около стола. – Рад видеть вас, мистер Рейли.
– И я вас, господин помощник Госсекретаря, – произнес полный человек с копной рыжих волос, которые постоянно падали ему на лоб.
При этом его глаза за стеклами очков в тонкой стальной оправе отнюдь не излучали радушие. Они были жесткими и холодными.
– Мистер Рейли находится здесь, – продолжил пояснения Хэвиленд, возвращаясь к столу и указывая Мак-Алистеру на свободное кресло справа, – для того чтобы убедиться в правильности моего подхода к проблеме и для решения ряда вопросов. Я поясню, как я это понимаю: существуют вещи, о которых я сам могу говорить с вами, существуют вещи, о которых я говорить не могу, и существуют вещи, о которых может говорить только мистер Рейли.
Наконец посол сел на свое место.
– И если это звучит очень загадочно для вас, господин помощник, то боюсь, что большей информации я просто не могу пока предоставить вам при сегодняшнем положении дел.
– Все, что произошло в течение последних пяти часов, когда я получил распоряжение вылететь на военно-воздушную базу Эндрюс, было полной загадкой, господин Хэвиленд. У меня нет никаких догадок относительно того, по какой причине я нахожусь здесь.
