Остерегшийся оставить наиболее ценные корабли без прикрытия от ударов с воздуха, командующий I-ой эскадры линейных кораблей, вице-адмирал Мауве, забрал с собой оба сохранившихся крейсера ПВО, по сути, бросив не разбежавшуюся часть конвоя на волю случая. Впрочем, на подобные действия у него имелся приказ командующего всей операции по уничтожению русского флота, так что поставить ему в вину последующие возможные потери транспортов, ни у кого не было никакого права. Пусть «Ниобе» с «Арконой» не давали 100% гарантии защищенности от налета русской авиации, определенное опасение вражеским пилотам они внушали. Да и прок, какой-никакой, все же имелся. Ведь один торпедоносец их погибшие товарки успели сбить, прежде чем кануть в морскую пучину. Хотя такой неравноценный размен и выглядел сущим кошмаром для любого здравомыслящего человека. Одна надежда была на неспособность русских совершать достаточно частые вылеты. Пока машины долетят до своих носителей, пока их поднимут на борт, пока обслужат, пока спустят обратно на воду, пока они проделают обратный путь, пройдет часа два, не меньше. А к этому времени очень многое могло измениться, так что даже их чувствительные укусы не спасли бы угодившие в клещи русские корабли. Так что имелся очень солидный шанс отделаться еще всего лишь одним налетом, после чего, непременно, должно было наступить время сладкой мести. Откуда ему было знать, что вторая волна торпедоносцев с «Океана» уже ушла в сторону конвоя и в данный конкретный момент выходила в атаку на оставшиеся без всякого прикрытия броненосцы?
Шедший в их прикрытии последний уцелевший поплавковый истребитель немцев едва успел взять курс на перехват обнаруженных русских аэропланов, как тут же оказался срезан прицельной очередью зашедшего ему в хвост И-1П. Оставляя за собой дымный след, он попытался приводниться, но очень неудачно поймал поплавками волну и кувырнулся хвостом вперед. На чем сражение за небо и завершилось. А вот процесс уничтожения кораблей Кайзерлихмарине, можно сказать, только начался.
Так в полном составе ушла в небытие 3-я дивизия линейных кораблей Флота Открытого Моря. Не то, что погибли все составляющие ее броненосцы. Все же поражение даже парой столь легких торпед не гарантировало уничтожение стального гиганта водоизмещением в 13000 тонн. Но современники Русско-Японской войны так и не вернулись в родную гавань.
Спешившие сойтись с вражескими линкорами в честном бою «Лотринген» и «Хессен» получили в свои борта по три 356-мм торпеды и были вынуждены срочно отвернуть к шведскому берегу. Это немецкие дредноуты могли похвастать великолепной противоторпедной защитой, а вот более старые корабли страдали от подводных пробоин в куда большей степени.
Впоследствии, оба выбросившихся на мелководье броненосца оказались интернированы вместе с экипажами. Если на призывы русских властей соблюсти в полной мере законы войны на море шведы еще могли закрыть глаза, позволив большей части немецких моряков вернуться обратно в Германию, то пойти против воли англичан, кровно заинтересованных в ослаблении немецкого флота, духа у них не хватило. Как-никак, вся экономика Швеции держалась на поставках английского угля. Вот и пришлось лишить крупнейшего торгового партнера почти полутора тысяч подготовленных военных моряков.
Шедшие же следом «Пройссен» и «Шлезиен» упокоились на морском дне. Первый, пораженный всего одной авиационной торпедой, отделался постепенным затоплением кормового котельного отделения и убыл сопровождать до спасительного побережья своих более пострадавших собратьев. После чего вернулся к прежней задаче, оставшись, по приказу командующего, в охране продолжившего движение конвоя. А ближе к вечеру он нарвался на засаду подводных лодок и был потоплен совместной атакой «Волка» и «Барса», как и еще четыре транспорта, доставшиеся их товаркам. Это впервые подводниками была применена тактика волчьей стаи, о которой адмирал Эссен когда-то услышал от нижегородских авиастроителей, что в процессе беседы сравнили сие действо с одновременным налетом целого полка ударных аэропланов. И вот произнесенная тогда мимоходом фраза, спустя почти год нашла отражение в реальности.
Второй же успел добраться до вступивших в бой линкоров и даже немного пострелял по замыкавшему русскую колонну «Гангуту», как попал под удар гидропланов с «Орлицы» и «Кречета». Шесть налетевших откуда-то с севера У-2М выпустили в его борт дюжину метательных мин, тем самым подписав броненосцу смертный приговор. Не прошло и двух минут с окончания авиационного налета, как «Шлезиен» лег на правый борт и практически тут же взорвался в результате подрыва котлов. Спасшихся с него не было вовсе. А что касалось дальнейших действий гидропланов, то, совершив еще два налета на постепенно удаляющийся конвой, они уничтожили столь попортившие им кровь «Ансвальд» с «Санта Еленой», записали на свой счет еще три небольших товарных парохода и вдобавок повредили вспомогательный крейсер. Но все это было сущей мелочью на фоне тех сражений, что велись несколько восточнее.
