Превращение полностью

Всего минута… несколько секунд потребуется им, чтобы создать заклинание… произойдет замешательство, я успею справиться с этими шестью… семью воинами.

— На колени, варвар. — Жар под ребрами слева внезапно остановил меня. Кровь медленно стекала по боку, еще одно движение, и копье вопьется глубже. Мига колебания хватило. К моему горлу уже приставили кинжал, кто-то схватил меня за волосы, едва не выдрав их с корнем.

— Ну что ж, жаль убивать такого! Будешь вытирать наши задницы своими чистенькими эззарианскими пальчиками!

«Скорее! Сделай это скорее, Рис!» — безмолвно кричал я, пока плосколицый дерзиец заставлял меня опускаться на колени, упирая мне в бок свой меч. Я выронил свой меч и пытался сам сотворить заклятие. Хоть что-нибудь. Но двадцать дней на поле битвы, трое суток без сна, горе утраты схватили мой разум своими свинцовыми пальцами. Я не смог бы породить даже блуждающего огонька. Единственная моя надежда была на вершине холма.

«Их только несколько человек, — подумал я. Основная часть врагов далеко отсюда, они занимаются нашим левым флангом».

Стервятники радостно кричали в предвкушении обеда, на моих запястьях защелкнулись кандалы, один из дерзийцев наклонился и поднял с земли кнут. И тут я увидел. На какой-то миг я снова увидел широкие плечи и каштановые рыжими прядями волосы, и в следующий миг, когда первый удар содрал полоску кожи с моих плеч, я заметил, как они повернулись ко мне спиной и исчезли за холмом…

Все выше и выше. Тропинка, сужаясь, петляла между камней. Теперь я уже не думал, просто бежал. И когда оказался на краю утеса и мне некуда больше стало бежать, я упал на колени на обочине этого замороженного, освещенного холодным солнцем мира и зарыдал в голос.

Наконец-то я нашел правду. «Открытие», о котором знал половину своей жизни. Александр порадовался бы тому, как легко он сумел угадать истинное положение дел, которое я старался переосмыслить, истолковать иначе, перелицевать в памяти. Правду о предательстве друга и… Исанны. Она была там с ним. Она видела. Она ничего не сделала.

Я сел на край утеса, свесив ноги в долину.

Как же мне теперь поступить? Я привел Александра к эззарийцам, надеясь найти у них так необходимую нам помощь. Прав ли я, веря, что предательство ведет к настоящей испорченности, которая поразила эззарийцев, чего мы всегда боялись?

— Ты уже готов к испытанию физических сил?

К счастью, я крепко держался за выступ скалы, поэтому не свалился вниз от неожиданности:

— Катрин! Как ты меня нашла?

— Принц сказал…

— Принц?

— Невья разбудила его и заставила поесть, часа два назад. Он очень слаб. Он сказал, что ты пошел прогуляться после волнующей беседы со старым другом. — Она склонила голову набок, ветер растрепал ее длинные темные волосы, оставив на голове подобие короны. — Ты всегда забирался куда-нибудь вверх, когда переживал что-то.

Я покачал головой и засмеялся, глядя на сияющую под полуденным солнцем долину:

— Ты что, в детстве занималась только тем, что шпионила за мной?

Катрин посмотрела вниз, потом села рядом со мной, держась подальше от края:

— Нет, я успевала сделать кое-что еще. Не думаю, что ты когда-нибудь замечал мое присутствие. Насколько я помню, ты никогда не отказывался ни от миндальных пирогов, ни от слов утешения. Всегда был таким гордым и неприступным в своем одиночестве, но ни разу не отказался выслушать слова восхищения. Ты даже не перебивал меня, если я ничего не путаю.