– А то, что этих двоих он всегда привлекает, когда речь идет о чем-то важном. Нынче утром он вместе с ними проворачивал какое-то дело в нашем квартале.
– Так они здесь? – произнесла Орели.
– Здесь. Я их видел.
– И появится Марескаль?
– Вне всяких сомнений. Ты слышала, что сказал Валантен.
– Он придет… придет, – слабым голосом повторила она.
– Что с тобой? – спросил Брежак, изумленный ее волнением.
– Ничего, – прошептала она, беря себя в руки. – Иногда нам без всякой причины становится страшно.
Брежак задумался. Стараясь справиться со своими нервами, он повторил:
– И в самом деле… без всякой причины. Чаще всего мы паникуем из-за пустяков. Я пойду расспросить их и уверен, что все объяснится. Да, совершенно уверен. В конце концов, события позволяют предполагать, что под наблюдением находится не наш дом, а дом напротив.
– Какой дом? – вскинула голову Орели.
– Дело, о котором я тебе говорил… тип, которого они арестовали нынче в полдень. Ах, если бы ты видела Марескаля, когда он в одиннадцать часов выходил из своего кабинета! Я встретил его. На лице мерзавца читались одновременно удовлетворение и жгучая ненависть… Это меня и взволновало. Так ненавидеть можно только кого-то одного. И именно так он ненавидит меня или, скорее, нас обоих. Тогда я подумал, что опасность грозит не только мне, но и тебе.
Еще больше побледнев, Орели встала:
– Что вы говорите? Арестовали человека в доме напротив?
– Да, некоего Лимези, выдававшего себя за исследователя… барона де Лимези. В час я получил новости из министерства. Его взяли под стражу и определили в тюрьму при префектуре.
Орели не знала фамилии Рауля, но не сомневалась, что речь идет именно о нем; дрожащим голосом она спросила:
– Что он сделал? Кто он такой, этот Лимези?
– Если верить Марескалю, то, кажется, убийца из скорого поезда, третий сообщник, которого все ищут.
Орели едва не упала. Казалось, ее охватило безумие; у нее закружилась голова, и она, вытянув перед собой руки, пыталась нащупать хоть какую-то опору.
– Что с тобой, Орели? Какое отношение к тебе имеет это дело?..
– Мы пропали, – простонала она.
– Что ты хочешь сказать?
– Вы не поймете…
– Объясни. Ты знаешь этого человека?
– Да… да… он спас меня, спас от Марескаля, а также от Гийома и от Жодо, которого вы принимаете у себя… Он спас бы нас и сегодня.
Он в изумлении смотрел на нее:
– Так это его ты ждала?
– Да, – рассеянно произнесла она. – Он обещал прийти… Я была спокойна… Я видела, на какие немыслимые поступки он способен… он смеялся над Марескалем…
– И что теперь?.. – спросил Брежак.
– Теперь, – ответила она все тем же отрешенным тоном, – наверное, нам лучше где-нибудь укрыться… И вам, и мне… Есть кое-какие неприятные истории, которые вполне можно обернуть против вас… давние истории…
– Ты с ума сошла! – воскликнул потрясенный Брежак. – Ничего не было… Что касается меня, я ничего не боюсь.
И тем не менее он выбежал на лестничную площадку, увлекая за собой девушку. Однако в последний момент она стала сопротивляться:
– Нет-нет, к чему это? Мы будем спасены… Он придет… Прибежит… Почему бы не дождаться его?
– Из камеры префектуры не убегают.
– Вы уверены? Ах боже, как все ужасно!
Она не знала, на что решиться. Пугающие мысли вихрем проносились в ее голове… Страх перед Марескалем… неминуемый арест… полиция, которая набросится на нее и выкрутит руки.
На ее решение повлиял страх отчима. Словно подхваченная грозовым вихрем, она бросилась к себе в комнату и вскоре появилась на пороге с дорожной сумкой в руках. Брежак также уже собрался. Они оба имели вид преступников, которым остается рассчитывать лишь на немедленное бегство. Они спустились по лестнице и прошли через вестибюль.
И тут раздался звонок.
– Слишком поздно, – вздохнул Брежак.
– Нет, не верю, – проговорила она, вновь окрыленная надеждой. – Наверное, это он, он пришел и…
Она думала о своем друге с монастырской террасы. Он поклялся никогда не оставлять ее и спасти пусть даже в самую последнюю минуту. Разве для него существовали препятствия? Разве он не повелевал событиями и людьми?
Снова позвонили.
Из столовой появился старый слуга.
– Открой, – негромко велел ему Брежак.
За дверью слышались перешептывания и топот сапог. Потом раздался стук.
– Открывай же, – повторил Брежак.
На крыльце стоял Марескаль в сопровождении троих мужчин – из тех, в чьей профессии нельзя было сомневаться. Опершись на лестничные перила, девушка простонала, но так тихо, что ее услышал только Брежак:
– О боже, это не он.
Завидев своего подчиненного, Брежак приосанился:
– Что вам угодно, месье? Я запретил вам приходить сюда.
– Я здесь по долгу службы, – осклабившись, ответил Марескаль. – Приказ министра.
– Приказ, относящийся ко мне?
– К вам, равно как и к мадемуазель.
– А кто вам приказал притащить с собой эту троицу?
– Право, никто! – рассмеялся Марескаль. – Случай… Они прогуливались неподалеку… мы поболтали… Но как бы их появление вас ни огорчало, они…
Войдя, он тотчас обратил внимание на две дорожные сумки:
– О-о, собрались отправиться в путешествие?.. Еще минута – и я бы провалил свое задание.
