— Конечно, — ответил воин, обратив внимание на прицепленную у меня за воротник сережку. — Ах это. Так я еще в битве при Анеке слух потерял. Вражеский маг в меня не попал, но все же пущенный им огненный шар слишком близко рванул. После этого пришлось на жемчужину потратиться, — и он показал на ухо, в котором в крепежной пластинке находилась небольшая жемчужина. А я для себя отметил, что жемчужина посылает сигналы прямо в мозг, обходя слуховые органы.
— Ну ребята вы даете, ну сорвиголовы, сейчас в лагере только и разговоры про вас. Как вы лихо их, — продолжил воин, не прекращая помешивать кашу.
— Кого их? — не поняв, что именно имеет в виду старый воин, спросил я.
— Так магов этих, раз и все. Я уж утром с жизнью прощался, не думал, что такую бойню пережить смогу, а оно вот как обернулось. Звать‑то как тебя, молодец?
— Роман, — ответил я, чихнув в этот момент.
— А меня Кор. Ежели не побрезгуете, прошу чуть погодя, как каша изготовится, к нашему столу, — доброжелательно сказал воин, и кинул еще щепотку какой‑то приправы в кашу.
— Извини, Кор, мы бы с радостью, но нас к вашему принцу пригласили, — сказал я и отошел немного в сторону, чтобы ветер не нес на меня пыльцу приправ, которыми Кор щедро одаривал кашу.
— А ну тогда конечно, разве ж можно Его высочеству отказать? — сказал Кор и сам громко чихнул, — эх хороша каша будет, забористая.
— Послушай, Кор, тут такое дело, мы грибов насобирали, а теперь за ратными делами готовить их некогда. Возьмешь? — решил я наладить с гурманом дружеский контакт.
— Ты чай шутник, какие же в Жаренне грибы? Или у тебя пивные? Так на кой они мне, где ж я бражку буду ставить, мы же в походе? — спросил удивленный воин и осуждающе посмотрел на меня.
— Нет, Кор, грибы что ни есть самые настоящие. Понимаешь, мы прибыли издалека, и у нас сейчас для обычных грибов самое время.
— Так вы через портал к нам прибыли? — заинтересовался воин.
— Ну, типа того, — не зная, как еще объяснить наше появление здесь, ответил я.
— Ух ты! А я ведь тоже один раз в молодости, когда наша рота сопровождала Его величество в Арланию через врата проходил. Раз и все, один шаг и ты так далеко от дома, что и за орат не обернешься.
— А орат — это как долго? — уточнил я, пытаясь с помощью моей теории пополнить запас здешних величин.
— Ну Холодення, Цветення, Жареннья, Дождення — это один орат.
Значит орат — это один год, сообразил я. Сопоставив времена года со знакомыми мне названиями, я добился ожидаемого результата, и теперь вместо Жарення мне слышалось лето.
— Спасибо Кор. Ну так что, удивишь сослуживцев грибочками? — хитро подмигнул я.
— Так запросто, — заулыбался воин и бросил в кашу очередную порцию приправ.
— Кор, тут еще вот что. Нас к его высочеству пригласили, а мы ваших нравов и порядков не знаем. Может, просветишь немного?
— Так тут дело не хитрое, спрашивают — отвечай, попусту языком не мели. Когда будете здороваться — достаточно немного склонить голову. Да и вообще, мы сейчас на войне, так что многие условности игнорируются.
— Спасибо за совет. Ну так что, идем за грибочками? — показав рукой на наше временное жилище спросил я.
— Вы идите, а я сейчас кого помоложе из моей сотни позову, и мы подойдем, — сказал воин и сдвинул котелок с огня в сторону.
Кор в очередной раз удивил меня. По виду и не скажешь, что сотник. Вон даже сам кашу варит. Хотя кто знает их обычаи и традиции.
Я вернулся к машине, а минут через пять подошел Кор вместе с совсем юным парнем лет шестнадцати. Да уж, возраст воинов армии Этлании был достаточно разнообразен.
Они забрали мой пакет и корзинки с грибами, пообещав тару непременно вернуть. Уже уходя, Кор еще раз поблагодарил нас и шутливо сказав, что ежели у принца нам не понравится, то мы будем желанными гостями у них за столом. Дружески попрощавшись с Кором, я увидел, как к палатке приближается Оз.
— Ну что, банька готова, но перед тем как мы пойдем туда, позвольте вручить вам маленький подарок от Его высочества, — сказал приблизившись Оз и вручил каждому из нас по небольшой деревянной коробочке.
Внутри находились золотые цепочки, на которых в красивых кулонах были небольшие черные жемчужины. Так я избавился от роли толмача–переводчика, и теперь мы все могли общаться свободно.
Пройдя за Озом через лагерь, мы подошли к огороженному участку возле реки. Между вбитых в землю столбов были натянуты трофейные шкуры диких животных, образовав огороженную площадку под открытым небом. Внутри находилось десять больших бочек, из которых поднимался пар. Оказалось, это и была баня. Из неё было два выхода, один из которых вел к реке. Так что, если было бы большое желание, то можно прямо из горячей бочки пробежаться и нырнуть в воду с небольшого помоста.
— Оз, ты останешься с нами? Нужно поговорить, — спросил я, пытаясь найти время для разговора с нашим провожатым.
— Да, пожалуй, мне бы тоже не мешало помыться, — легко согласился Оз и повел нас внутрь.
Раздевшись, мы забрались в две соседние бочки чуть поодаль от остальных и я обратился к Озу:
