Что может быть хуже, чем попасться полиции, когда тебе еще нет восемнадцати, а ты решила немного выпить и поразвлечься с друзьями? Рей так испугалась, что офицер Соло сжалился над ней. Почти.
========== Часть 1 ==========
— Рей! Рей!..
Свет костерка дотягивался до темной кромки леса, пока я беззаботно кружилась по поляне с бутылкой дешевого пива. Дубак стоял просто жесть, но я так накидалась, что муки преждевременной кончины от холода не беспокоили меня от слова «совсем».
День благодарения и отсутствие родительской опеки означали, что я могу пить сколько влезет.
За мою руку ухватилась Роуз, и я пошатнулась, расплескав пиво и чуть не грохнувшись вместе с ней на задницу. На меня накатил приступ неконтролируемого ржача, но Роуз не унималась, дергая меня, будто ей приспичило завладеть моим вниманием. Сквозь дымку пьяного удара, задумавшись на долю секунды, я взвесила за и против. Возможно, мне стоило…
— Копы!.. — прошипела она, перебив мои мыслительные процессы. — Хакс нас сдал!
— Ч-ч…? — запнулась я и невольно прищурилась в темноте, вглядываясь в дальний конец стоянки, где мы поставили машины. — С-сдал? Почему?
— Потому что говнюк! — Роуз несильно похлопала меня по щеке, пытаясь привести в чувство, и сжала мою руку. — Ну давай же, Рей, пора делать ноги, пока и нас не прихватили! Финн пошел за машиной, По сцапали!
— Ой-е… — заскулила я, встряхивая головой. Уходить не хотелось, мне было так весело… К тому же… идти… было как-то не очень. Земля до сих пор… колыхалась, и я никак не могла найти равновесие. А уж в какой восторг придет Ункар, когда я ввалюсь домой… Или не придет, если сам насвинячился вдрызг.
Роуз повела меня, но не успела я сделать и двух шагов, как споткнулась о какую-то корягу и шмякнулась на землю. До чего смешно, мне еще предстояло выспаться перед судебной ролевухой, но вот она я, вся в хлам, валяюсь в грязи, а Роуз шипит, требуя, чтобы я подняла задницу с земли и топала вслед за ней.
— Стоять.
Мы застыли. Роуз вскинула голову, уставившись куда-то за мое плечо, потом снова на меня — испуганными круглыми глазами.
Ничего личного, каждый сам за себя. Попутного ветра, Роуз Тико.
Словно прочитав мои мысли и не имея никаких возражений, она метнулась прочь с поляны, демонстрируя превосходные беговые навыки, как в будни после звонка. Коп ругнулся где-то позади, его ботинки быстро захрустели по сухой траве, но он остановился возле меня, отказавшись от погони.
Я прыснула, и он обернулся. Хотя, наверное, зря я это сделала. Ржать в моем положении было лишним, но я перепугалась до усрачки, и что еще мне оставалось?
Роуз растворилась в кромешном лесном мраке, бросив меня один на один с этим высоченным, очень сердитым копом. Типичным — в темно-синей форме полицейских, черными волосами, подстриженными близко к ушам, и с не слишком довольной физиономией. Глянув на меня поверх длинного носа, он потянулся к рации на плече.
— Диспетчерская, прием… женщина, белая, примерно пяти футов, следует по направлению к северному паркингу. В преследовании не участвую, мною задержана другая нарушительница, тоже белая, по внешним признакам в состоянии алкогольного опьянения. Прием.
— Десять-четыре. Что у вас, десять-двадцать?
Я уже собралась вставить веское словечко про забег Роуз, но каким-то чудом умудрилась удержать рот на замке, вместо этого нервно захихикав. Офицер огляделся, осматривая притихший лес.
— На стоянке ситуация под контролем, — произнес он. — Ожидаю уточняющей информации.
— Десять-двенадцать, — прошумело радио.
У меня перехватило дыхание — широким шагом он шагнул ко мне. Внезапно меня оторвало от земли, и я оказалась сидящей на краю ближайшего столика для пикника. Офицер невозмутимо заложил руки на пояс. Ничего себе он сильный! Подхватил меня, как перышко!
Я сидела, разинув рот, под его выжидающим взглядом, надеясь, что со стороны кажусь несчастной и полной раскаяния. Пожалуйста, дяденька, отпустите меня…
Он приподнял брови:
— Ну? Как твое имя?
— …Тина, — соврала я.
— Дата рождения?
Вот дерьмо!.. Я потерла лоб и, пожав плечами, испуганно сжалась. У меня нет денег, чтобы выкарабкаться из-за решетки! Меня правда посадят?
— Меня посадят… в тюрьму?.. — пролепетала я, теребя руки.
Коп закатил глаза, с сожалением глянул в ту сторону, куда убежала Роуз, словно предпочел бы ловить ее, а не возиться со мной.
— Назови дату рождения.
— Февра… Дев-вятого февра-а-уля. М-мне девятнадцать.
— Год? — офицер достал блокнот, и я заметила на его сверкающем значке надпись «БЕНДЖАМИН СОЛО». — Фамилия? Где твои родители?
Я задрожала, зябко поводя плечами:
— Мой приемный папаша дома, и я… я… ни-ни-ничего не скажу без моего адвоката!..
— Тогда как же ты предлагаешь мне вернуть тебя домой?
Это его проблемы. Я знаю свои права. Я — гражданка этой страны, и у меня они есть.
— Знать не знаю, — пробурчала я. — Ункару плевать, так что… — я передернула плечами. — Без разницы.
— Уверен, ему важно быть в курсе, где ты.
— Нет. Нет, спасибо.
Лицо его приобрело недоверчивое выражение. Офицер Соло смерил меня взглядом, пока я усиленно пыталась отвести глаза. Что он сделает, если я не стану ему отвечать? Мне нет восемнадцати. Он не может арестовать меня и отправить за решетку.
