— А как насчет вас, майор Вест? — прошелестел лорд-губернатор. — Может быть, вы выпьете вина?
Вест открыл рот, чтобы отказаться, но Берр поспел первым.
— Что произошло? — рявкнул он.
Резкий звук его голоса отразился от холодных стен и эхом прокатился среди промерзших стропил.
— Что произошло? — Лорд-губернатор вздрогнул и медленно перевел взгляд своих провалившихся глаз на Берра, словно видел его впервые. — Мои сыновья погибли.
Трясущейся рукой Мид схватил бокал и осушил его до дна. Вест увидел, как пальцы маршала Берра еще крепче сцепились за спиной.
— Сожалею о вашей утрате, ваша милость, но я говорю о ситуации в целом. Я говорю о Черном Колодце.
Мид слегка вздрогнул при одном упоминании этого места.
— Там было сражение.
— Там была резня! — гаркнул Берр. — Как вы это объясните? Разве вы не получили приказ короля? Собрать всех солдат до единого, обороняться, ждать подкрепления! Ни при каких обстоятельствах не рисковать, не вступать в бой с Бетодом!
— Приказ короля? — Лорд-губернатор скривил губу. — Приказ закрытого совета, вы хотите сказать? Да, я его получил. И прочел. И обдумал.
— И что же?
— Я его порвал.
Вест слышал, как лорд-маршал тяжело дышит через нос.
— Вы… его порвали?
— Вот уже сто лет члены моей семьи управляют Инглией. Когда мы пришли сюда, здесь не было ничего. — Мид горделиво поднял подбородок, выпятил грудь. — Мы освоили целину. Мы расчистили леса и проложили дороги, мы построили фермы, шахты, города, которые обогатили весь Союз! — В глазах старика появился блеск. Теперь он казался выше, отважнее, сильнее. — Люди этой страны привыкли прежде всего обращаться за защитой ко мне, а уж потом искать ее за морем! Неужели я должен был пустить северян — этих варваров, этих животных — на наши земли? Позволить им безнаказанно разрушить великое дело моих предков? Разрешить им грабить, жечь, насиловать, убивать? Мог ли я отсиживаться за стенами, пока они предают Инглию мечу? Нет, маршал Берр! Это не по мне! Я собрал всех людей до единого, вооружил их и послал встретить дикарей с боем, и трое моих сыновей пошли впереди! Как еще я мог поступить?
— Выполнить, мать вашу, приказ! — выкрикнул Берр во все горло.
Вест вздрогнул от неожиданности; громовые раскаты голоса лорда-маршала звенели у него в ушах.
Мид дернулся. Открыл рот. Потом его губы задрожали. В глазах старика набухли слезы, а тело опять обмякло.
— Я потерял сыновей, — прошептал он, уставившись на холодный пол. — Я потерял сыновей…
— Я сожалею о ваших сыновьях, а также обо всех, чьи жизни были отданы впустую, но я не жалею вас. Вы, вы сами навлекли это на себя. — Берр поморщился, сглотнул и потер ладонью живот. Медленно прошел к окну и бросил взгляд на холодный серый город. — Вы растратили всю боевую мощь Инглии, и теперь я должен ослабить собственные силы, чтобы укомплектовать гарнизоны в ваших городах и крепостях. Значит, так: тех, кто выжил после Черного Колодца, и всех остальных, имеющих оружие и способных сражаться, вы передадите под мое командование. На счету каждый человек.
— А я? — пробормотал Мид. — Полагаю, псы в закрытом совете теперь лают, требуя моей крови?
— Пускай лают. Вы нужны мне здесь. На юг течет толпа беженцев, люди бегут от Бетода или от своего страха перед ним. Вы давно не выглядывали в окно? Остенгорм переполнен беженцами. Они тысячами толпятся под стенами города, и это только начало. Вы позаботитесь о них и обеспечите их эвакуацию в Срединные земли. Тридцать лет ваши люди приходили к вам за защитой. Они по-прежнему нуждаются в вас.
Берр отошел от окна.
— Вы предоставите майору Весту список всех боеспособных подразделений. Что до беженцев, им уже сейчас требуется еда, одежда и укрытие. Приготовления к эвакуации должны начаться незамедлительно.
— Незамедлительно, — прошептал Мид. — Конечно, незамедлительно…
Берр метнул на Веста быстрый взгляд из-под тяжелых бровей, набрал в грудь воздуха и зашагал к двери. Вест последовал за ним, но оглянулся. Лорд-губернатор Инглии так и сидел в своем пустом промерзшем приемном зале, сгорбившись в кресле и обхватив руками голову.
— Это Инглия, — сказал Вест, показывая на большую карту.
Он повернулся и посмотрел на собравшихся. Лишь немногие из офицеров проявляли интерес к тому, что он намеревался сказать. Удивляться было нечему, но все-таки это раздражало.
