— А вот времени у тебя, к сожалению, нет, — с привычной резкостью возразил Мак. — Давай-ка сядем и поговорим.
Не зная, какой разговор ее ожидает, Нелл послушно прошла вслед за дедом в гостиную.
— Нелл, я понимаю: ты переживаешь ужасные времена, — начал Макдермотт, усаживаясь в кресло. — Но есть вещи, которые мы должны обсудить безотлагательно. Конечно, ты мне можешь возразить: еще не прошла поминальная месса по Адаму, а я приперся со своими идиотскими вопросами. Ты вправе выпроводить меня, и я даже не обижусь. Однако повторяю: я вынужден был это сделать. Не все можно отложить на будущее.
Теперь Нелл догадывалась, о чем пойдет разговор.
— Нынешний год не просто год очередных выборов. Это еще и год выборов президента. Ты знаешь: возможно всякое, хотя наш парень идет с солидным отрывом. Если только он не сделает совсем уж несусветную глупость, быть ему нашим новым президентом.
«Скорее всего, так и случится, — подумала Нелл. — Он будет хорошим президентом». Впервые после известия о гибели Адама в ней что-то шевельнулось. Первый признак возвращающейся жизни. Она посмотрела на деда и заметила блеск в глазах, которого несколько минут назад не было. «Старый боевой конь услышал звуки трубы и вновь готов поскакать в бой».
— Нелл, я совсем недавно узнал, что на мое прежнее место претендует еще пара ребят. Думаю, тебе они знакомы. Это Тим Кросс и Сальваторе Бруно.
— Знакомы. Тим Кросс оказался в совете просто пустым местом, а Бруно и того хуже. В Олбани он ухитрился восстановить против себя даже тех, кто его традиционно поддерживал. Вот такие у меня конкуренты, Мак!
— Узнаю мою девочку. С таким настроем ты вполне можешь победить.
— Что значит «можешь»? Мне это странно слышать от тебя. Я должна победить, и я одержу победу.
— Хорошо, если шансы окажутся в твою пользу.
— Мак, сейчас неподходящее время для подобных шуток! — уже резче сказала Нелл.
— Увы, Нелл, я не шучу. Утром ко мне приезжали Роберт Уолтерс и Лен Арсдейл. У них плохие новости. Не менее десятка строительных подрядчиков сообщили в окружную прокуратуру о миллионных взятках, которые они были вынуждены давать корпорации «Уолтерс и Арсдейл» в обмен на крупные заказы. Я очень давно знаю Роберта и Лена. Это прекрасные люди. Они никогда не опускались до взяток.
— Почему ты мне об этом рассказываешь?
— Потому, что взятки мог получать Адам.
Нелл ошеломленно посмотрела на деда, затем решительно тряхнула головой.
— В это, Мак, я не верю. Адам тоже не опускался до взяток. А теперь, когда человека не стало, слишком легко обвинять его во всем. Удобно и, главное, безопасно. Эти подрядчики так и заявили, что передавали Адаму деньги?
— Посредницей была Уинифред.
— Уинифред? Мак, ты сам-то понимаешь, что говоришь? Уинифред, которая боялась принять даже пустяковое самостоятельное решение! Или ты скажешь, что Уинифред разработала хитроумную схему получения взяток?
— Да, Нелл, так оно и есть. Ты права: Уинифред боялась принимать самостоятельные решения. Но учти, что она очень давно работала в строительном бизнесе, знала все тонкости, лазейки и слабые места. Она вполне могла создать схему аферы. Но для осуществления этой схемы Уинифред требовался вдохновитель.
— Ты бы послушал себя со стороны, Мак, — упрекнула деда Нелл. — Почему-то своим старым приятелям ты веришь. Они у тебя выглядят белее свежего снега. А мой муж, выходит, был вором. Тебе не кажется, что Роберту и Лену очень выгодно сделать Адама козлом отпущения и свалить на него собственные грешки?
— Тогда позволь тебя спросить: откуда Адам взял деньги, чтобы купить недвижимость на Двадцать восьмой улице?
— Эти деньги дала ему я.
— Только не говори мне, что ты запустила лапы в свой имущественный фонд.
— Если он мой, что мне мешало распорядиться им так, как я сочла нужным? Да, Мак: я дала Адаму деньги на покупку недвижимости и на открытие собственной фирмы. Если бы он, как ты предполагаешь, получал взятки, разве ему понадобилось бы просить деньги у меня?
— Возможно, он не хотел оставлять документальных следов… Нелл, давай говорить без обиняков. Если окажется, что твой муж был замешан в этом скандале, на выборах в Конгресс можно ставить крест.
— Знаешь, Мак, в данный момент меня больше интересует защита доброго имени Адама, чем собственное политическое будущее.
Нелл закрыла лицо руками. «Все это нереально. Это какой-то дурной сон. Сейчас он кончится. Я проснусь, увижу Адама, и мы с ним вместе посмеемся над всеми нелепыми домыслами».
Она отняла руки. Вместо мужа в кресле сидел ее дед и глядел в угол комнаты. Нелл подошла к окну. «Уинифред? — снова подумала она. — Робкая, пугливая Уинифред, настоящая серая мышка. Но почему, когда я увидела ее выходящей из лифта, у меня возникло ощущение скорой смерти Уинифред? Могла ли я предотвратить ее гибель, как-нибудь предупредить?»
Из слов Мака явствовало, что Уолтерс и Арсдейл подозревали Уинифред в мошенничестве. «Не верю. Адам не взял бы к себе на работу мошенницу».
