Вся эта история с папарацци была для меня в новинку. Я не думала, что Роланд настолько знаменит – не до такой степени, чтобы люди с фотоаппаратами вторгались в его жизнь прямо посреди свиданий. После случая с кино я загуглила его имя, и первым, что выскочило, оказалась статья в «Википедии» с фотографией, сделанной, когда он был на вершине карьеры. Там также упоминалась его жена, Мелани Грэм, и сколько лет они прожили в браке до ее смерти.
Далее нашлись свежие материалы о новой молодой пассии Роланда Грэма, то есть обо мне, при виде которых я лишь закатила глаза. Даже не стала нажимать на ссылки. Я знала, как работают СМИ. Наверняка меня называли какой-то случайной неудачницей, совершенно Роланду не подходящей, и, честно говоря, не было необходимости читать эти заметки, чтобы понять, что отчасти так и есть, поэтому я закрыла браузер и занялась своими делами неудачницы.
Наверное, хорошо, что Роланд не чувствовал необходимости скрывать наши отношения. Если бы он никуда меня не водил, я бы стала сомневаться в серьезности его намерений, но он появлялся со мной в разных местах, мы часто бывали на публике. Явно дорожа нашими отношениями, Роланд делал много подарков, которые было приятно получать от такого человека, как он.
Меня беспокоили папарацци – вернее, то, что эта свора гончих с камерами могла просто сорвать наши свидания, – но, полагаю, я хотела, чтобы мир знал: мы вроде как становимся парой, поэтому я смирилась с фотографами.
Три недели у нас все шло отлично, но потом позвонил Келл и заставил меня задуматься, стоит ли продолжать отношения с таким мужчиной, как Роланд.
Я сидела и постукивала пальцами по деревянному столику, а все вокруг заполнял сильный запах кофейных зерен и свежей выпечки.
Обычно Келл прибывал на наши встречи первым, но сегодня мне удалось на десять минут опередить его. Я сделала маникюр и педикюр в «Бетсиз нэйлз», одном из самых крутых салонов Майами. Стоило это дорого, сама бы я не потянула, но Роланд предыдущим вечером неожиданно подарил мне купон на посещение этого салона с пожеланиями хорошо провести время.
Для справки, попасть в «Бетсиз» было трудно. Бетси Френч, одна из лучших маникюрш в Майами, была известна тем, что ухаживала за ногтями знаменитостей и разных влиятельных людей. Не знаю, как ему это удалось, но Роланд, видимо задействовав связи, записал меня в салон с утра, и я получила большое удовольствие от похода. К счастью, салон был всего в пяти минутах езды от кофейни, где мы с Келлом собирались встретиться, поэтому мне не пришлось ничего отменять и переназначать.
Колокольчик оповестил об открытии входной двери, я подняла глаза и увидела брата с розовым подарочным пакетом в руке.
– Мира, – начал Келл, садясь напротив меня.
Я скрестила руки на груди, глаза устремила на него:
– Келлан.
Он рассмеялся, кладя подарочный пакет на стол:
– О, теперь мы называем друг друга полными именами?
– Возможно, я до сих пор расстроена после нашей предыдущей встречи.
– Знаю. И поэтому принес тебе подарок в качестве извинения.
Я покосилась на него, а затем опустила взгляд на розовый пакет. Лицо брата озарила самодовольная ухмылка – она всегда появлялась у него, когда он говорил правду, – и я тоже с трудом поборола улыбку, опуская руки, чтобы потянуться за пакетом.
– Лучше бы это было что-то хорошее, – пробормотала я, кладя пакет себе на колени и усмехаясь.
– Рад, что на прошлой неделе ты наконец ответила на мое сообщение, – сказал он, пока я рылась в пакете и разворачивала белую папиросную бумагу.
– Ну, я была в хорошем настроении, поэтому решила сказать тебе: «Привет!»
– В хорошем настроении? Потому что встречаешься с Роландом Грэмом?
Я нахмурилась:
– Откуда ты о нем знаешь?
– Про это все знают, Самира. Про тебя пишут все журналы. Моя профессия – связи с общественностью. Я работаю со знаменитостями, и поверь мне, все это создает привлекательный имидж не тебе, а ему.
– О чем ты? – Я вынула руку из подарочного пакета, совершенно забыв о том, что может находиться внутри.
– Самира… ты правда думаешь, что встречаться с этим парнем – хорошая идея?
Келл улыбался, но взгляд его оставался серьезным. Я не понимала, к чему клонит брат, но, видимо, я чего-то не знала.
– Келл, он известный гольфист, которому я нравлюсь, и что с того?
– Он не просто какой-то «известный гольфист», – возразил брат, и улыбка сошла с его лица. – Черт, Мира, ты что, не смотрела ничего про него?! Ничего не читала?
– Я гуглила, – возразила я.
– И ты все равно остаешься с ним?
– Келл, что тебя так расстраивает? У меня было много парней, и среди них попадались те еще уроды, но ты никогда так не приставал ко мне.
– И что ты нашла, когда искала информацию о Грэме? – поинтересовался Келл.
Я снова скрестила руки на груди:
– Я не читала про его новые любовные отношения, но уверена, что все материалы были про меня.
– То есть копнуть глубже ты не пыталась? Еще что-то узнать о нем? Потому что, Самира, я думаю, ты бы не так стремилась встречаться с Грэмом, если бы знала правду.
– А что там можно нарыть? Что за тайну он скрывает, Келл?
– Он был женат.
