На этих снимках были изображены две колонны, состоящие из мощных джипов на которых любят ездить новые русские бандиты. Машины неслись с большой скоростью, с включенными фарами и мигалками на передних из них.
— А эти куда направлялись? — Борис Григорьевич оторвал взгляд от размытых от скорости машин.
— Эти ехали по направлению к деревне, но не доехали. Получив сигнал по спутниковому телефону, они встали на трассе кордонами и перекрыли движение в районе деревни.
— Что за сигнал?
— Увы, они используют армейский шифратор, без знания кодов доступа, расшифровка бесполезна.
— Ловкие ребята, — похвалил генерал-лейтенант, — но кто им слил информацию о самолёте?
— Получается следующее, — полковник как заправский шулер, перетасовал фотографии и начал их раскладывать в определённом порядке.
— В центр поступает сигнал тревоги. Каким образом? Я не знаю, но не используется ни один из известных нам каналов. Тем же каналом отдаются команды на эвакуацию людей и призываются машины из Горска и Баламутова. Заметь, расстояние от Баламутова в три раза больше чем от Горска, но машины выезжают на свои точки практически одновременно. Как я понял решение Шаманом уже принято, он не видит опасности в приближающемся самолёте и отдаёт команду людям вернуться домой.
Полковник выложил на стол новую пачку фотографий и пододвинул из к Борису Григорьевичу. На снимках, колонна из тракторов и машин возвращалась в деревню, стемнело, и свет от фар чертил на снегу замысловатые рисунки.
— А этот куда отправился? — поинтересовался генерал, увидев, как от колонны отделился один из тракторов, и, краем деревни, направился к трассе.
— Он выехал на трассу и остановился на обочине, — доложил полковник.
— Для чего? — спросил Борис Григорьевич, не прекращая рассматривать фотографии.
— Не знаю, — признался полковник и пожал плечами.
— Ладно, не томи, доставай следующие снимки.
— Я серьёзно говорю, снимков больше нет. Примерно за четверть часа до времени падения самолёта, над деревней поставили защитный экран.
— Ты в своём уме? — удивился генерал-лейтенант и посмотрел на полковника.
— Я сам очень удивился, — соглашаясь, кивнул головой полковник, — только когда включился экран, район деревни полностью скрыло от наблюдения из космоса.
— Насколько мне известно, прикрыть район подобной площади, практически не возможно. Для этого требуется очень много энергии и специфическое оборудование.
Борис Григорьевич встал и прошёлся по кабинету.
— Значит, у Шамана есть подобное оборудование, а мы его не смогли заметить, — заявил полковник, — но более вероятно, он использует неизвестное нам оборудование, при желании в деревне его спрятать не трудно.
— Выводы напрашиваются сами, — вздохнул генерал-лейтенант, — Шаман знал, что за деревней наблюдают. Он показал ровно столько, сколько счёл нужным.
— Я тоже так считаю, — кивнул полковник, — более того, мне кажется, он задействовал в отражении атаки, ровно столько людей, сколько этого требовали обстоятельства. Возникни другая опасность, он использовал бы другие средства.
— Что будем делать? — генерал-лейтенант остановился и посмотрел на полковника.
— Я знаю одно, — полковник встретился взглядом с Борисом Григорьевичем, — отдавать эти снимки людям президента опасно. Там всей тактикой заправляет Виктор Дмитрич, а он, при всём уважении, действует, в последнее время, с производительностью парового катка.
— Ты прав, — Борис Григорьевич вновь сел на своё место и продолжил, — если снимки попадут к нему, он, не мудрствуя, устроит в регионе резню, только я скорее поставлю на Шамана, чем на нашу армию.
— Нужно передать их Горину, думаю, он сделает правильные выводы, — посоветовал полковник.
— Козьма Гаврилович… — задумчиво протянул генерал-лейтенант, — но ведь именно он приложил больше всего сил для избрания хозяина. Хотя, думаю, ему будет полезно познакомиться с данной фотовыставкой. И можно быть абсолютно уверенным, что снимки не попадут к генералу Ардову.
— Я тоже так считаю, — кивнул полковник, собирая со стола фотографии, — кто осуществит передачу?
— Да, — вздохнул генерал-лейтенант, — ни ты, ни я сделать этого не можем. Нам нельзя светиться возле Горина, возникнет множество лишних вопросов.
Замолчав, Борис Григорьевич несколько минут думал, подперев подбородок своей ладонью.
— Раечка, зайди на минутку, — включив селектор, произнёс он.
В кабинет вошла секретарша, на её правой щеке отпечатались клавиши компьютера, служившие ей вместо подушки. Было видно, что девушка страшно устала, но держала себя молодцом.
— Присаживайся, — генерал-лейтенант указал девушке на стул и добавил, — знаю, ты работаешь честно. Однако, для пользы дела, нужно украсть у меня документы и передать их Горину. Надеюсь, ты знаешь Козьму Гавриловича. Документы очень важные, а передать их Горину мы можем только таким путём.
— Хорошо, — кивнула секретарша, — какие мне будут указания?
— Вот кейс, — кивнул полковник, — я его забуду в приёмной, когда буду выходить. Ещё до наступления утра, он должен оказаться у Горина.
