После поражений 1863 г. шансы на победу у Конфедерации практически исчезли. Политики и военные эксперты как в США, так и в Европе рассуждали теперь главным образом о том, как долго сможет продержаться Конфедерация против явно превосходящих сил Союза. Авторитет президента Линкольна неизмеримо вырос. Он закрепил его, посетив 19 ноября 1863 г. Геттисберг и произнеся яркую речь при открытии солдатского кладбища в районе того самого поля боя, где четырьмя с половиной месяцами ранее проходило сражение. Выступление было кратким — чуть более двух минут, — однако вошло в историю как образец ораторского искусства (хотя некоторые авторы считают, что ничего особого, существенно отличавшегося от того, за что и как выступал Линкольн ранее, эта речь не содержала). По всей видимости, именно торжественно-траурный контекст, простота и краткость выступления обеспечили Геттисбергской речи такую славу. По-видимому, важен также был и контраст: Линкольн выступил после губернатора Массачусетса Эдварда Эверетта, произнесшего огромную речь (свыше двух часов), пышную и нудную, полную исторических параллелей и ученых обобщений. После выступления Линкольна последовала тишина. Никто не аплодировал. Все присутствующие долго стояли неподвижно и затем стали молча медленно расходиться.
Линкольн говорил: «Минуло 87 лет, как отцы наши основали на этом континенте новую нацию, своим рождением обязанную свободе и убежденную, что все люди рождены равными. Сейчас мы проходим великое испытание гражданской войной, которая решит, способна ли устоять эта нация или любая нация, подобная ей по рождению или по призванию. Мы сошлись на поле, где гремела великая битва этой войны. Мы пришли, чтобы освятить часть этой земли — последнее пристанище тех, кто отдал свои жизни ради жизни этой нации. И это само по себе вполне уместно и достойно. Но все же не в нашей власти освятить это поле, сделать священной, одухотворить эту землю… Давайте же мы, живые, посвятим себя тому неоконченному делу, которое вершили здесь эти воины. Давайте посвятим себя здесь великой работе, которая нам предстоит, и преисполнимся еще большей решимости отдать себя той цели, которой павшие здесь отдали себя всецело и до конца».
Отношение современников к этой речи не было вполне однозначным. Политические противники смешивали выступление, как, впрочем, и другие речи президента, с грязью. Связанная с Демократической партией газета «Чикагское время» (
Тем временем военная обстановка складывалась в пользу северян. У них появлялись новые талантливые полководцы. Одним из таковых стал Уильям Шерман. Вначале он командовал отрядом добровольцев, затем обративший на него внимание Линкольн назначил его командующим армией, действовавшей на Восточном театре. На этом посту он заменил Гранта, ставшего главнокомандующим. В мае 1864 г. Шерман во главе 100-тысячной армии вторгся в Джорджию, проводя тактику «выжженной земли», не щадя пленных и используя восставших рабов, которые убивали всех подряд — виновных и невиновных. Гражданская война приобретала все более разрушительные очертания. 2 сентября был занят крупнейший город штата — Атланта. Сам Грант непосредственно руководил войсками, действовавшими в Вирджинии, где он осадил город Петерсберг, причем в боях впервые организованно участвовали «цветные отряды», то есть полурегулярные части негров.
К весне 1865 г. победа севера стала очевидной и общепризнанной. Отступавшие армии южан попытались закрепиться в районе Аппоматтокса, однако 9 апреля вынуждены были сдаться Гранту. Президент Конфедерации Дэвис и члены его правительства были арестованы. Конфедерация прекратила существование.
Нам, однако, необходимо вернуться немного назад, так как еще во время войны (хотя она и шла к победоносному завершению), в США прошли очередные президентские выборы. Авторитет Линкольна к этому времени был исключительно высок. Он, однако, был опытным политиком и отлично понимал, что демократически проведенные выборы в условиях войны могут привести к неожиданным результатам. Население устало, оппозиция сохранялась, и необходимо было вести активную предвыборную кампанию, чтобы сохранить власть.
