Но его лицо не утратило выражение облегчения при уменьшении веса ноши, которое дал ему первый взгляд на Заповедь. Под влиянием этого он, казалось, способен был сбросить с плеч свой возраст. Теперь время Высокого Лорда Тротхолла, сына Двиллиана, будут долго помнить, если отряд выживет в Походе. Его решимость выражала взгляд в будущее, когда он закрывал сундук со Второй Заповедью; его движения были точными и решительными. Он отдал сундук Корику, прикрепившему его к своей обнаженной спине с помощью полос клинго, а сверху закрыв накидкой.
Но Кавинант смотрел на останки собственной надежды, смятой, как игрушечный домик. И у него не было прочной основы, чтобы построить его вновь. Он был слишком слабым и усталым, чтобы думать об этом. Он долго стоял, опершись о стену, опустив голову, словно пытаясь расшифровать карту рисунка на своей одежде.
Несмотря на опасность, отряд сделал в тоннеле передышку для отдыха и еды. Тротхолл высказал предположение, что остановка здесь была столь же непредсказуемой, как и любое их действие; поэтому, пока Стражи Крови стояли на посту, остальные по настоянию Высокого Лорда отдыхали. Сам он тоже лег, положив голову на сложенные руки и, казалось, сразу уснул таким спокойным и безмятежным сном, что это больше было похоже на подготовку, чем на отдых. Следуя его примеру, большинство членов отряда сомкнуло веки, хотя сон их был судорожным и прерывистым. Однако Морэм и Лифе остались бодрствовать. Морэм смотрел в огонь небольшого костра, словно ожидал какого-то видения, а Лифе сидела напротив него, сгорбив плечи под давящим весом горы, неспособная к отдыху под землей, словно отсутствие открытого воздуха и травянистой земли оскорбляло ее кровь Рамена. Сидя у стены, Кавинант смотрел на них, а потом ненадолго уснул, не заметив, как напряженность его кольца стала уменьшаться с заходом луны.
Потом Тротхолл проснулся, бодрый и освеженный, и разбудил отряд. После того, как все еще раз поели, он потушил костер. Вместо этого он зажег один из факелов Лиллианрилл. Огонь оплывал и опасно мерцал в густом воздухе, но Высокий Лорд предпочел его своему посоху для освещения тоннеля. Вскоре отряд был уже снова в пути. Не имея возможности поступить иначе, они оставили погибших лежать на каменном полу пещеры, где была найдена Заповедь. Это была единственная дань, которую они могли отдать Биринайру и убитым воинам.
Снова они шли в темноте, ведомые Высоким Лордом, через переплетающиеся черные лабиринтоподобные коридоры в толще Горы Грома. Воздух становился все плотнее, горячее и мертвее. За исключением редких подъемов, их путь главным образом вел вниз, к бездонным недрам Горы, ближе с каждым невидимым, неизмеримым лье к опасным, захороненным, дремлющим мрачным ядам, к ужасным костям Земли. Все вперед и вперед шли они, словно околдованные темнотой, непроницаемой ночью. Они прокладывали свой путь в тяжком молчании, словно сдерживая рыдания. Они ничего не видели. Обстановка действовала на них, как тяжелая утрата.
По мере того, как они приближались к бьющемуся сердцу вайтварренов, становились громче и более различимы некоторые звуки — стук наковален, рев топок, вздохи боли. Время от времени они пересекали пласты горячего зловонного воздуха, подобные принудительной вентиляции склепов. И постепенно новый звук вкрался в их сознание — звук бездонного шипения. Долгое время они приближались к этому хаосу, не имея никакого представления, что это такое.
Позже они прошли мимо источника этой какофонии. Их путь лежал вдоль выступа огромной пещеры. Стены были освещены зловещим светом бурлящего оранжевого моря скального огня. Глубоко внизу находилось озеро из расплавленного камня.
После длительного пребывания в темноте яркий свет причинял боль глазам. Поднимающийся вверх едкий пар озера вливался в их легкие, словно пытаясь сбросить с карниза. Глубокий шипящий звук наполнял воздух. Огромные всплески магмы вздымались к потолку, а потом падали назад, в озеро, как рассыпающиеся башни.
Кавинант смутно услышал, как кто-то сказал:
— В дни великого Лорда Лорика Демонмгла отказалась от неудавшихся попыток воспроизводства в этом месте. Говорят, будто отвращение Демонмглы и Вайлов, которые их производили в собственной форме, ничем не удалось подавить. Это привело их к такому виду размножения, в результате которого появились и юр-вайлы, и Вейнхим. И это побудило сбросить их все слабые и испорченные образцы в ямы, подобные этой, — так сильно они ненавидели свою невидимую безглавость.
Застонав, Кавинант отвернул лицо к стене и прополз мимо пещеры в коридор сзади. Когда он оторвал руки от каменной опоры, то почувствовал, как судорожно дергаются его пальцы, словно они только что держались за края гроба.
