Поняв, что это не работает, Элиана осторожно забрала у них сумки и усадила их на кровати. Они не сильно отличались от матрасов, набитых соломой, на полу, но Элиана застелила их лучшими одеялами мамы и оставила на подушках сладко пахнущую лаванду.
— Идемте вниз, вам нужно поесть, — сказала она, взяла их за руки и повела из комнаты.
Они не перечили, но быстро убрали руки из ее хватки, взявшись друг за друга вместо этого.
Персиковый коблер был горячим и ароматным, Элиана подавала его новой семье. Госпожа Карлин поблагодарила ее, но попробовала только два кусочка, а потом отложила ложку и опустила ладони на колени. Бридин и Иннис молчали. Бридин кривилась, то ли сдерживая слезы, то ли от отвращения. Элиана не знала. А Иннис ела с долей наслаждения, хоть и без благодарности.
Элиана села рядом с отцом, улыбнулась ему и попыталась придумать, чем разрушить неловкую тишину.
— Как прошло путешествие, отец? — спросила она.
— Неплохо. И дядя передал тебе, что любит тебя, конечно.
На этом разговор закончился. Даже мельник, обычно общительный веселый мужчина, был подавлен тишиной новой семьи. Он улыбался новой жене, а та отвечала холодной улыбкой.
Элиана попыталась снова.
— Нам стоит расширить конюшню, — сказала она. — Боюсь, наш ослик откажется делиться.
— О, нет, — мельник покачал головой, проглотил кусочек коблера и продолжил. — Мы не можем позволить себе содержание лошади. Я отведу ее завтра в город и поищу место. Может, — он посмотрел на новую жену и двух новых дочерей, — я добуду ткань для нарядов! Красивые вещи для моих красивых дам.
Иннис вжалась в стул и продолжила есть без слов. Бридин не отрывала взгляда от тарелки, но пробормотала:
— Мы не можем позволить даже лошадь?
Желудок Элианы сжался от этих слов. Она знала, что их дом нельзя назвать образцом, но она никогда не расстраивалась из-за этого. Как она могла понять этих девушек с их высокими вкусами? Как могла показать им уют?
Она взглянула на отца, он печально вскинул брови. Вдруг, глядя на его лицо, Элиана ощутила что-то, что не могла назвать. Предчувствие. Сильное, непонятное, но явное. Ее сердце забилось быстрее, ее и без того плохой аппетит пропал.
Она спешно опустила взгляд на тарелку, чтобы отец не прочитал мысли в ее глазах. У нее не было причины такое чувствовать! Мельник много раз ездил в город, все было хорошо.
Но почему у нее возникали ужасные подозрения, что… он не вернется?
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Потеря
Мужчина с зелеными глазами с интересом смотрел, как проносится время смертных. Он смотрел, как две сестры ворочались, им было неудобно в комнате, которую Элиана так старалась подготовить для них. Он смотрел, как сама Элиана спит в маленькой кладовой, которую превратила в свою комнату, спит глубоко, но хмурится во сне, словно от беспокойства.
Следующим утром тревога не покидала ее лица. Это удивило мужчину с зелеными глазами, ведь обычно Элиана была улыбчивой. Ее так беспокоило присутствие мачехи и ее дочерей? Или он ощущал другую тревогу?
Мельник готовил повозку и лошадь к поездке в город, а все женщины дома собрались на крыльце, чтобы проводить его. Две сестры даже не помахали ему. Новая жена сдержанно поцеловала его в щеку, но холод смыл сладкий поцелуй Элианы.
— Папа, — сказала Элиана, так она называла его в детстве, — ты уверен, что нужно ехать именно сегодня?
— Конечно! — ответил он, с любовью потрепав ее по щеке. — Лошадь больше не будет забирать еду у осла. Кто-то возьмет ее домой, а я привезу вам всем подарки, — его улыбка относилась ко всей семье, но только Элиана попробовала вернуть ее.
Мужчина с зелеными глазами смотрел через шар, как мельник поехал по лесной дороге. Его новая жена и ее дочери ушли в дом без слов, но Элиана осталась на крыльце, смотрела, пока он не пропал из виду.
Что могло так ее беспокоить? Мужчина с зелеными глазами не знал. Он перевел взгляд с нее на ее отца в лесу. Он не ощущал опасности рядом с мельником. Могли ли чувства Элианы быть сильнее, чем у него?
Ее мать могла ощущать необычное.
Мужчина с зелеными глазами быстро вдохнул. Возможно, Элиану с ночи беспокоило предчувствие, такой с ним бывало за пару мгновений до катастрофы. Он не мог даже вовремя помочь, если бы захотел.
Ветка упала на дорогу в дюймах от носа лошади. Она завопила и резко встала на дыбы. Мельник упал на землю.
Он ударился головой о камень и застыл.
Кровь растекалась красной лужей.
Мужчина с зелеными глазами беспомощно смотрел, как лошадь убегает по дороге к дому мельника.
— Элиана! — прошептал он, дыхание затуманило поверхность хрустального шара. — Бедняжка…
* * *
Два дня спустя Элиана уходила со двора церкви, плетясь за госпожой Карлин и ее дочерьми. Ее сердце было камнем в груди, весило столько, что было сложно передвигать ноги.
За ней мельник лежал в новой могиле рядом с поросшей травой могилой матери Элианы. И Элиана могла лишь надеяться, что их души воссоединятся на небесах, как и их останки оказались рядом в земле.
