Прямое серебро полностью

Лес манил.

Они чуяли этот аромат от самого Инс-Арбора. А выйдя из транспорта, они увидели его собственными глазами. Пушистыми зелёными волнами лес покрывал склоны гор к востоку от них. Огромный. Тихий. Непостижимый.

Нельзя было сказать, что с момента основания танитцы не видели леса. Примеры были. Густые ливневые заросли к северу от Бхавнагера, тропические чащи Монтакса, Вольтемонд Майрвуд. Но было что-то особенное в этом лесу, что-то степенное, древнее и незыблемое, что-то, что болезненно напомнило им об утраченных наловых рощах.

Инс Арбор представлял собой обветшалый городишко с плохим обеспечением, задыхавшийся от вони в летнюю жару. Там негде было толком остановиться, практически не было воды, а солдатам предлагался наихудший рацион из всех, что им приходилось отведать.

Но моральный настрой улучшился в одночасье.

Лес манил.

По лицам людей в лагере Корбек видел, что все они воспряли духом. Он сидел на крыле полугусеничного транспортёра и вносил последние коррективы в составленные списки отрядов. Для каждой рабочей команды из десяти человек требовалось подобрать оптимальное сочетание разведчиков и стрелков, к тому же Харк поручил Корбеку распределить ещё и скаутов-стажёров.

Корбек потягивал внушительную сигару, тлевшую у него в зубах. Подарок от Гаунта. Он собирался приберечь её для особого случая, но дым отлично перебивал вонь сортров Инс Арбора.

Настоящим подарком Гаунта была эта миссия. Половину Первого достали из мясорубки Нэйма и доверили сделать кое-что полезное. Именно это и подняло боевой дух, вопреки унылым условиям их нового плацдарма. Что угодно было лучше, чем окопы, а предстоящая работёнка в лесу была лучше всех прочих. Танитцы просто сияли. Вергхаститы, не особо трепетно относившиеся к лесам, тоже улыбались: их просто радовала возможность избежать возвращения в траншеи, подоспевшая в последний момент.

Он подозвал Варла и послал его собрать первые команды.

Лес манил.

Бростин продолжал болтать об этом. Суровый, брутальный, покрытый с ног до головы татуировками, с самого начала и по сей день один из самых свирепых рекрутов Первого Танитского, он всё не унимался, разглагольствуя о чудесах вокруг.

— Понюхайте! — сказал он. Он остановился, задумчиво склонив голову. — Не листья. Запах влажной земли под деревьями. М-мм…

— Всё, что я чувствую, — это вонь твоих гаковых баллонов, танитец, — чванливо протянул Куу.

— У тебя нет души, Куу. Вообще.

— Точняк, все так говорят.

— Есть идея, — начал Фейгор. Его голос тихо шипел через имплант. — Почему бы вам двоим не заткнуться?

Бростин пожал плечами, улыбнулся и снова подобрал булькающие топливные баки. А Куу просто растворился в папоротнике.

Фейгор поднял правую руку и дважды помаячил ладонью. Члены Девятнадцатой специальной группы веером двинулись вперёд через подлесок.

Был поздний вечер. Солнце жёлтым пятном висело на западе, проглядывая сквозь листву. Лесные поляны превратились в озерца тумана, обрамленный чёрными стволами деревьев. Громко кричали дикие птицы, в воздухе пахло влажной корой, древесным маком и терновником.

Девятнадцатая спецгруппа отсутствовала уже три часа, покинув командование роты в Инс-Арборе и остальные рабочие команды после брифинга Корбека. После марш-броска по деревням группы разделились одна за другой, и каждая двинулась в сторону своей цели. Девятнадцатой было приказано прочесать долину Баскол до перевала, ведущего во Фрергартен. Два, может, три дня туда и обратно. Они славно проводили время, вдали от поселений, наслаждаясь милой лесной прогулкой.

— Я думал, что Бростин родился и вырос в трущобах Танит Магна, — прошептал Каффран.

Гутес пожал плечами. — Я тоже. Думаю, даже городские парни, из наших, иногда склонны к сентиментам.

Каффран кивнул. Он не сердился на излишний энтузиазм Бростина. Это были тёмные сосновые леса, которые сильнее всего напоминали наловые рощи их утраченной родной планеты. Искра узнавания, которую он сам ощутил в зоне высадки, здесь забрезжила отчётливей. Лес. Деревья. Айэкс Кардинал довольно сильно напоминала ему дом, и это радовало.

Вергхаститы, входившие в состав группы, были в напряжении. Мюрил и Джайхо, дети улья, шарахались от каждой тени, всюду водя оружием, всякий раз, как раздавался очередной загадочный скрип или треск, издаваемый лесом.

— Успокойся, — прошептал Каффран, когда Мюрил в очередной раз резко развернулась, нацелив лазерную винтовку.

— Тебе легко говорить, мальчик-с-дерева, — огрызнулась она, — жутковато тут.

Фейгор поднял руку, давая сигнал остановиться, и повернулся лицом к своей группе.

— Фес! — выдохнул он, — я слыхал, как некоторые после пары пива плясали тише, чем вы! Нельзя ли действовать профессионально? А?

Они кивнули.

— И скажите-ка вот что… — добавил Фейгор, — разве это не лучше, чем тянуть лямку на передовой?

— Да, мистер Фейгор, — согласились все.

Вот и хорошо. Здорово. А теперь пошли, — Фейгор повернулся и врезался в Мквеннера.

— Фес меня в задницу! Проклятье! Вен!